И все завертелось

В челябинском театре Драмы премьера — «Старший сын»

Челябинский театр Драмы

Поставить знаменитую пьесу Александра Вампилова челябинской труппе помог «Сатирикон». Режиссером стал Яков Ломкин, до недавнего времени игравший в московском театре, а главные роли в дубль с артистами драмы исполнили актеры «Сатирикона». Обозреватель «Челябинского обзора» попал на премьеру с местным составом и сильно удивился.

«Старший сын» — пьеса так называемого обязательного репертуара каждого приличного театра. Известная, неновая, ставленная много раз, в том числе — в кино. Тот случай, когда знаешь, чем все кончится, но гадаешь, как постановщик найдет поворот темы на этот раз.

Краткий пересказ сюжета: студент Владимир Бусыгин и торговый агент Сильва, опоздав на электричку в ходе неудачного амурного приключения, случайно оказываются ночью в чужом городе. Подслушав чужой разговор, они попадают в дом, где живет со взрослыми детьми кларнетист Андрей Сарафанов. Чтобы получить ночлег, Бусыгин выдает себя... за внебрачного сына Сарафанова. Как ни удивительно, но ему верят.

Постановщиком «Старшего сына» в челябинской драме стал Яков Ломкин

Яков Ломкин, бывший артист «Сатирикона», а ныне главный режиссер Русского драматического театра Удмуртии, перенес действие, судя по внешним атрибутам, куда-то в конец восьмидесятых — начало девяностых годов. При этом Вампилов написал этот текст в середине шестидесятых, а Виталий Мельников снял знаменитый фильм с Караченцовым, Леоновым и Боярским в 1975-м году. Семейство Сарафановых стало советскому зрителю почти родственниками, поскольку история хоть и носит вневременной характер, но при этом четко вписывалась в тренды той эпохи. Послевоенное поколение оттаяло, начало спокойно признавать свои ошибки и учиться жить с этим дальше. Молодежь отчаянно бунтовала, требуя свободы и творчества наряду с расклешенными джинсами и рок-н-роллом. Молодые женщины внезапно поняли, что не выскочить вовремя замуж — оказывается, не самое страшное, что с тобой может случиться. Вампилов, по всеобщему признанию критиков, за свою короткую, но очень яркую творческую жизнь привнес в русский театр то, чего ему так не хватало в суровые годы: доброту, теплоту и надежду на лучшее. Оттепель — это как раз о нем. «Несчастные имеют более верное и точное представление о счастье» — это его знаменитая цитата.

Режиссер перенес действие спектакля куда-то в перестройку

В спектакле челябинской Драмы Бусыгин и Сильва носят вареные джинсы, кожаные косухи и кроссовки на белой подошве. На плече — красный кассетник, из которого льются то Цой, то электронные ритмы, судя по ощущениям и памяти — где-то 80-х годов. В доме Сарафановых — старомодная мебель, железные кровати, тряпочные торшеры. Во дворе — советская песочница с сиротливо покосившимся грибком. Видимо, режиссер перенес действие куда-то в перестройку. Во всяком случае, никаких хронологических зацепок с современностью в спектакле точно не наблюдается. Зачем режиссеру понадобилось перемещать историю из шестидесятых-семидесятых на двадцать лет позже, осталось для нас загадкой.

Роль Натальи исполнила Ирина Бочкова, роль Васеньки — Вадим Долговых

Андрея Сарафанова играет не нуждающийся в представлениях народный артист России Борис Петров. В его исполнении отставной музыкант получился человеком добрым, но слегка надменным и, судя по всему, не слишком удивляющимся известиям о внезапных детях. Наталья в исполнении Ирины Бочковой выведена, по большому счету, одной краской: стервозная эмансипе, которая почему-то нещадно отваливает моральные оплеухи несчастному влюбленному в нее Васеньке. Бусыгин в исполнении Михаила Зузнева — славный, добрый обормот, который, в принципе, достаточно четко и уверенно ведет свою линию: переход от беспечности и неуместного морализма к состраданию и любви. Сильва, которого играет Александр Бауэр, внезапно оказался парнем, не лишенным совести и человечности: когда он со злости выдает тайну случайного друга, его, в общем-то, можно понять.

Андрея Сарафанова играет не нуждающийся в представлениях народный артист России Борис Петров

Режиссер в прямом смысле очень круто завертел действие: сцена по ходу спектакля постоянно движется, декорации вращаются, то являя нам квартиру Сарафановых, то двор рядом с железнодорожными путями. На героев то падает снег, то валит дым, они то валяются в песочнице, то танцуют, то эффектно закладывают за воротник. Для камерной психологической драмы — слишком громко, схематично и утрированно, для комедии положений — слишком слащаво. Наверное, некая неясность жанра и есть основной вопрос к постановщику. Пьеса Вампилова — она ведь о том, что поверивший в лучшее может стать лучше. О том, что можно вознестись над реальностью и тем самым создать ее заново. Материи простые, но тонкие в воплощении. И, наверное, полуводевиль с не очень понятно заданными временными координатами — не самая удачная для них форма.

Вероятно, в челябинской драме сделали ставку на двойной состав, в том числе на актеров «Сатирикона» — Никиту Смольянинова и Игоря Гудеева. Не исключено, что их присутствие в спектакле даст ему немного другие краски и интонации. Но вряд ли избавит от немого вопроса: зачем историю, где главное — вовсе не подмена и интрига, а человечность и мера ее глубины, превращать в красивую картинку, почти полностью лишив лирического содержания?

Отправьте нам новость

У вас есть новость или информация для нас? Считаете, что мы могли бы написать об этом? Поделитесь с нами тем, чем считаете нужным, и оставьте координаты для связи, чтобы мы могли уточнить и проверить то, что вы нам сообщили.

«Челябинский обзор» гарантирует вашу конфиденциальность как источника информации, если вы прямо не попросите об обратном.

Мы не обещаем, что ваша информация обязательно станет поводом для публикации, но обещаем, что проверим со всей серьезностью то, что вы нам сообщили.

CAPTCHA на основе изображений