Денис Кудрявцев:

«Не хочу быть беспризорником»

Скромный парень своим успешным выступлением на чемпионате Мира дал понять, что в южноуральской легкой атлетике не все так плохо. На Дениса Кудрявцева никто не ставил. Чего можно ожидать от парня, который даже в родном городе известен лишь ограниченному кругу специалистов? Но и став серебряным призером чемпионата Мира, он не может решить жилищные проблемы. Не заработал. Поэтому и вынужден со своей супругой снимать квартиру. У Кудрявцева осталась только одна надежда — Олимпийские игры-2016. Только благодаря успешному выступлению в Рио он может осуществить свою мечту.

Виталий Визаулин

«Психолог помог правильно настроиться на бег»

— Денис, у вас появилось понимание того, что « я крут»? Стать вторым на чемпионате Мира — хорошее достижение.

— Честно скажу — да! Рад тому, что сумел завоевать медаль. Но есть еще и чувство невыполненного долга. Может быть, даже хорошо, что я только серебро завоевал. Есть к чему стремиться. Еще рад тому, что смог показать хороший результат. Мы с тренером задачу ставили пробежать по личному рекорду, о попадании в финал даже не думали. Важно было просто пробежать так, как я могу.

— Вы знаете, что стали первым в истории советской и российской легкой атлетики, кто сумел стать призером на чемпионате Мира в барьерном беге на 400 метров?

— Мне сообщили об этом. Ранее лишь три человека выходили в финальный забег — Руслан Мащенко, Александр Деревягин и Михаил Горбань. Мне, кстати, немного повезло — Мащенко в 1995 году, например, показал почти такой же результат, что и я сейчас, но стал четвертым.

— Многие специалисты, комментируя твое достижение, выразили мнение, что, мол, ты появился из ниоткуда и никто не воспринимал тебя всерьез.

— Да, читал, но не могу согласиться. Почему из ниоткуда? Уже на протяжении трех лет показываю стабильный рост в результатах. В 2013 году я пробежал 400-метровку за 49,40 — попал на чемпионат Мира в Москве. В следующем году уже показал 48,95. Через год — 48,66. И титулы уже есть — два золота командного чемпионата Европы, золото континентального первенства. Опыт, хоть и небольшой, но есть.

— Атмосфера на стадионе «Птичье гнездо» в Пекине не давила?

— Потрясающая атмосфера! Во время соревнований на стадионе такой гул стоял. Выходишь на дорожку и ничего не соображаешь. Сложно сосредоточиться. Мы с тренером много готовились к такому старту психологически, потому что в таких условиях еще никогда не выступали. На последнем предстартовом сборе в Новогорске даже к психологу ходили, разговаривали на эту тему. В общем, подготовились к ЧМ-2015 основательно, учли все детали.

— Чем объяснить победу кенийца? Все мы привыкли, что они здорово выступают на длинных дистанциях.

— Кенийцы вообще сильные ребята. Если говорить про барьерный бег, то они «бегут на одну ногу», то есть до восьмого барьера сохраняют темп в 13 шагов, а потом переходят на 15-шаговый бег. Если у них получится доработать технику и преодолевать расстояние между барьерами в 13 шагов, их очень сложно будет остановить.

«Я задиристый парень, но не хулиган»

— Вы ведь не всегда хотели бегать барьеры?

— Всякое бывало. Был один момент, который не забуду. Обычная тренировка на стадионе Елесиной. У меня расстановка — резвый старт до 5-го барьера, а у меня ничего не получается. Не бежится, и хоть ты тресни. Говорю тренеру — «Я больше никогда не буду бегать барьеры». Психанул, ушел на трибуны. Сижу, чуть ли не реву. Тренер Владислав Александрович Ширяев подходит: «Давай сделаем так — месяц вообще забиваем на барьеры. Головой от них отдохни. А потом заново начнем их бегать». Так он меня переубедил бросать барьерный бег. Приятно теперь осознавать, что все было не зря.

— Ваш тренер ведь тоже был барьеристом. Причем, неплохим.

— Да, Владислав Ширяев — мастер-международник, участвовал на Олимпийских играх-2000 в Сиднее.

— Забеги его видели?

— Да, конечно! Он мне показывал свои видеозаписи. На тот момент мне казалось, что это нереально — пробежать 49,01. Думал, что никогда не смогу показать такой результат.

— У него начали тренироваться?

— Нет, в спортклубе «Мечел» у Татьяны Николаевны Кирилловой. Но под ее руководством занимался недолго. Около трех лет тренировался под руководством Владислава Ширяева. Стал бронзовым призером первенства России среди юниоров. А на зимнем первенстве решили пробежать в качестве тренировки «гладкие» 200 метров. И меня приметили — позвали в тюменский Центр спортивной подготовки в 2010 году.

— Почему решил согласиться на предложение?

— У меня в семье сложная ситуация была. Жили с сестрой только с мамой, которая получала тогда 10 тысяч рублей. Очень тяжело в финансовом плане было. Мне Тюмень предложила зарплату в 20 тысяч. Ширяев сказал: «Поезжай, хоть маме своей поможешь».

— То есть вы «чмзовский»?

— Да, с этим районом меня многое связывает — там живут родители, друзья, жена.

— Криминальный район со своей спецификой. Легкая атлетика помогала убегать от гопников?

— (смеется). А я и не бегал от них. Наоборот, с пацанами за ними иногда бегали. Я сам задиристым парнем был. Но не хулиганом.

— Ваша биография очень подходит для голливудских режиссеров, которые любят снимать фильмы о выходцах из небогатой семьи, достигающих успехов в спорте.

— Да, так и есть (улыбается). Я думаю, неслучайно то, что многие обездоленные дети из бедных семей достигают успехов в спорте. Они с юных лет привыкают бороться и биться за последний кусок хлеба. Наверное, и на мой характер это повлияло. Кто знает — каким бы я был, если у меня все было. В детстве росли на одних макаронах, а теперь можем себе позволить их с мясом есть.

«На собственную квартиру пока не заработали»

— Чемпионат Мира совпал с годовщиной вашей свадьбы. Как и где вы познакомились с Екатериной?

— Мы знакомы много лет. В первый раз познакомились в автобусе, когда ездили вместе с челябинской командой на соревнования в Трехгорный. Затем вышло так, что Катя перешла в другую школу и даже попала в мой класс. Так еще больше с ней сдружились. Наконец, уже по окончании школы она переехала в Тюмень, и вы не поверите — в группу к тренеру, с которым я занимался.

— Вы первый обратили на нее внимание?

— Да, конечно, я добивался ее расположения. Катя где-то полгода героически сопротивлялась (смеется). А потом все как-то само собой сложилось. Нас судьба не раз сводила вместе. Думаю, это был знак свыше.

— Свадьба легкоатлетов чем-то отличается от других? Как она у вас прошла?

— Мы справляли её на Кипре. В 45-градусную жару! Тяжело было, но в такой день не обращаешь на это внимание. Зато как здорово было прыгнуть в море! Она в платье, я в костюме... Весь пляж нам аплодировал и поздравлял на разных языках.

— Есть какая-нибудь мечта?

— Очень хочу построить свой дом. Устроить там пикник во дворе, а чтобы по лужайке бегали детишки. Хочется дать детям все то, чего я был лишен.

— А вы сами построить баню, к примеру, сможете?

— Думаю, да. У меня руки из нужного места растут. В школе какие-то поделки делали на уроках труда, у меня неплохо они получались. Кроме того, дед постоянно меня в сад возил. Мы с ним часто что-то строили и колотили.

— А сейчас вы где живете?

— Снимаем квартиру в Тюмени.

— В Челябинске собственного жилья нет?

— К сожалению, нет. Мы с Катей как беспризорники живем. Хочется уже поскорей обустроить свою жизнь, но пока нет возможностей.

— Именно поэтому не спешите пока становиться родителями?

— Да, нужен свой уголок. Жить на съемной квартире с ребенком — это не дело. Нам уже 23 года, время быстро летит. В роддоме 25-летней девушке в карточке уже пишут «старородящая».

— У спортсменов есть, как правило, один шанс громко заявить о себе и решить свой жилищный вопрос.

— Ставки на Олимпийских играх будут очень высоки. Я понимаю, что они будут стартом всей моей жизни. И представляю, как тяжело будет в психологическом плане. Если получится успешно пробежать в Рио, надеюсь, государство поможет мне с квартирой.

Комментарии 0