Андрей Афанасьев:

«Развитие медицины должно идти быстрее, чем развитие термоядерной энергии»

Вероятность заболеть раком в течение жизни в России – 40 процентов

Основатель стартапа iBinom выступил на проекте «Энергия науки» сети Информационных центров по атомной энергии в Челябинске. В интервью «Челябинскому обзору» Андрей Афанасьев рассказал, почему мы стареем, как «обмануть» рак и какую «инъекцию» необходимо сделать российскому здравоохранению.

Информационный центр по атомной энергии

Компания iBinom занимается анализом генома для диагностики наследственных заболеваний. Геном человека состоит из трех миллиардов пар нуклеотидов — элементов ДНК, представляющих собой набор генетических «букв». iBinom использует специальное программное обеспечение, чтобы находить в цепочке именно ту «букву», в которой произошла мутация, ставшая причиной наследственного заболевания. Такое прочтение структуры ДНК называется секвенированием генома.

— Нашему здравоохранению нужна «инъекция надежды», — говорит Андрей Афанасьев. 

— Надежды на что?

— Необходим новый взгляд на будущее, основанный на доказательной медицине. И нашему обществу нужно позитивней относиться к неизбежным изменениям, которые будут происходить. У нас любят обо всем говорить в тональности трагедии, кошмара, мрака и прочего. А ведь случается много всего хорошего и интересного. 

В Москве сейчас происходит ряд реформ: растет информатизация здравоохранения. Эти изменения несложные. Они затрагивают не столько медицинскую сторону, сколько организационную. Прогноз по загруженности пациентами в разное время года. Удобная запись к разным специалистам. Организованная передача данных между поликлиниками. 

Думаю, что и в регионах есть успешные проекты по информатизации. За ними наше светлое будущее, в которое можно с надеждой смотреть.

— Система здравоохранения готова к таким изменениям? Москва — это не совсем Россия. В регионах ситуация несколько сложнее.

— Не мне об этом судить. Я знаю какие-то отдельные истории, которые доходят до меня через социальные сети. Например, онколог из Санкт-Петербурга Илья Фоминцев рассказывал о медицинском образовании в его родном Саранске. Учить студентов нужно совсем иначе! Готовность к изменениям определяется, прежде всего, тем, как мы обучили молодых специалистов, потому что они будущую картину здравоохранения и будут определять.

— Проблема онкологии в Челябинской области стоит довольно остро, учитывая нашу экологию. Какой процент вероятности стать онкобольным сегодня?

— По поводу «вредных условий жизни» есть известный парадокс. Ликвидаторы аварии в Чернобыле прожили довольно долго, потому что их внимательно и регулярно обследовали, лечили. Нам нужно о своем здоровье думать заранее. 

Вероятность заболеть раком в течение жизни современного человека — 40-50 процентов. А для некоторых носителей наследственных предрасположенностей — до 90 процентов.

— Почему такие высокие цифры?

— Рак — это процесс статистический. В нашем теле постоянно ломаются те или иные механизмы. Клеток у нас 40 триллионов, поэтому «поломки» всегда присутствуют. В некоторых клетках ломаются несколько механизмов — они становятся предраковыми. И с течением времени накопление «поломок» в этих клетках приводит к тому, что они становятся раковыми.

Есть множество факторов, влияющих на скорость этого процесса. Внешние факторы — это курение, радиация, плохая экология в целом и так далее. И есть наследственная предрасположенность. 

В целом науке понятна природа онкологических заболеваний. И это некая плата за то, что мы многоклеточные организмы (смеется). 

— Что с этим делать?

— Нужно понимать, что рак в нашей жизни почти неизбежен. И это не злой рок, не кара за грехи или еще что-то такое. От рака можно вылечиться, если выявить его на ранней стадии. Сегодня от онкологии умирают в два раза меньше людей, чем заболели. 

Главное — делать регулярные обследования, количество и содержание которых определяется многими факторами: от пола, возраста, образа жизни до наследственных предрасположенностей. Мы можем управлять нашими рисками.

— Генетику можно «обойти»?

— Не совсем так. Знание о генетических предрасположенностях с одной стороны очень страшное, а с другой — очень полезное. Ведь у рака много видов. Но если ты знаешь онкологическую историю своей семьи, можно уделять особое внимание именно этим видам. 

— В интернете можно найти несколько ваших лекций, где вы рассказываете, почему мы стареем, а еще «что пить и как курить, чтобы дожить до 120 лет». Какая у вас теория старения?

— Сегодня нет никакой понятной, самосогласованной теории старения. Самая красивая, на мой взгляд, теория, которая требует сейчас проверки — теория эпигенетического отката. Она рассказывает о том, что со временем в наших клетках происходят эпигенетические модификации (то есть не те, которые записаны в генах, а те, которые регулируют: с какого гена какое количество белков будет дальше производиться). И так получается, что старые клетки совсем не похожи на клетки молодые. А если мы сотрем эпигенетические метки — получим более молодые клетки. 

Проще говоря, мы стареем из-за того, что наши клетки со временем изменяют свои эпигенетические маркеры и начинают работать по-другому.

— И как эти «метки» стереть?

— Избежать старения путем изменения образа жизни особо сильно не получится. Все советы — на уровне здравого смысла. Есть больше овощей и фруктов. Заниматься физкультурой. Не курить, не употреблять крепкий алкоголь. 

Я же надеюсь на терапевтические вмешательства — на разработку лекарств или каких-то генетических терапий. Но это дело будущего, может быть, не столь отдаленного, но все-таки на некоторые десятилетия. Поэтому нам, в общем-то...

— ... надеяться не на что?

— (смеется) Скажем так, ничего сверхъестественного сейчас сделать не получится. Остается надеяться, что разработки в этой области пойдут темпами развития интернета, а не темпами развития термоядерной энергии.

Подписывайтесь на нас в соцсетях и будьте в курсе самых интересных событий Челябинска и области

Комментарии 0