Слово о молчавшем

Памяти Аллана Чумака — предтечи новой России

«Фильмы ужасов — пагубное влияние. Почему не стоит щекотать себе нервы». Последняя запись ВКонтакте в официальном сообществе Аллана Чумака, перепост. Дата — апрель нынешнего года. Последняя прижизненная запись на собственной странице Чумака в той же соцсети — май, поздравление с Днем Победы. До этого март: «дорогие дамы» и прочее полагающееся к восьмому числу. Под сообщением о кончине Аллана Владимировича — девятнадцать комментариев, полтора десятка перепостов, более полусотни лайков.

ukranews.com

Это всё. Дальнейшее — молчанье. Как почти тридцать лет назад, когда Чумак, не говоря ни слова, заряжал с экранов воду, мази и кремы. А затем добавлял, что если у кого есть видеомагнитофон, то записывать — можно. И эффект будет тот же. Но только десять раз. Ну и, конечно, желал телезрителям здоровья и того, что полагается.

Чтобы понять, кем и почему стал Аллан Чумак для страны, достаточно запомнить несколько слов. Примерно таких: крах советского позитивистского проекта. Когда ближе к финалу СССР вся практика повседневной жизни зашла в абсолютный перпендикуляр тому, во что предлагалось верить последние десятилетия. Совсем огрубляя: когда гордиться — здесь и сейчас — стало нечем. Великая Победа — как живой, не формализованный опыт — ушла к отцам, а то и к дедам. А покоренный космос никаких яблонь на Марсе, обещанных художниками слова, не дал — поэтому целиком влился в официоз, не оставляя видимого следа среди людей без допуска. То есть среди большинства.

При этом — очереди за тем, что есть. Гонка за тем, чего нет. Товароведы и продавцы — ближайшие друзья дома, если повезло. Импорт чего угодно, включая зерно для хлеба. До кучи — под самый конец — абсолютно непонятный широкой публике Афганистан, поставляющий в Союз только гробы. «Интернациональный долг», видите ли; как, мы и этим задолжали, ну надо же...

И главное — полное нежелание что-то объяснить людям. Хотя бы с позиций выбранного, единственно верного вероучения — но чтобы про то, что происходит в данный момент. И когда это улучшится, если можно. Нежелание и неумение выйти для этого к границам доктрины — а если надо, то и чуть за грань ее. На временах, при всем при этом вовсе не голодных, довольно стабильных и в целом — исключая локальные битвы за пределами страны — вполне мирных. Кажется, сейчас именно это можно назвать частным случаем проигранной медиавойны. 

На излете строя — когда многим становится понятно, что «систему надо менять», но не очень ясно, на что и по какому курсу — на передний план часто выходят именно журналисты. В широком смысле: люди, регулярно освещающие актуальную повестку. Как в свое время Владимир Ульянов, например — автор отличных колонок по экономике. Или не менее крутой публицист-социалист Бенито Муссолини. Аллан Чумак — корреспондент «Сельского часа», спортивных редакций и т.п. — в профессии наверняка выступал скромнее. Но технологией — как теперь можно понять — владел на пятерку. Технологией управления массами, не больше и не меньше.

«Учитель приходит тогда, когда готов ученик». Фраза принадлежит отнюдь не Чумаку, но повторялась им неоднократно. Для того, чтобы проверить готовность миллионов учеников к зарядке трехлитровых банок и кремов перед телевизором, на экране которого Аллан Владимирович в полном молчании производил таинственные пассы, — вспомним соседскую бабушку, лечившую заговором грыжу у младенцев. Соседскую, а то и собственную. Или бешеные тиражи советской газеты «Труд» — единственной, которая с некоторым постоянством публиковала новости про летающие тарелки, инопланетян и прочую уфологию.

Или вот: «Что-то болею всё. Наверное, сглазили. Сходить, что ли, в церковь, свечку поставить, чакры прочистить». Реальный диалог двух преподавателей естественных наук, услышанный мною в 80-е — хотя и науки куда как земные, и преподаватели отличные. Но в своей области «быть можно дельным человеком» — а вне аудитории думать о чем угодно. А вдруг.

Вспомним, наконец, ассортимент торговцев, расхаживавших по советским поездам — эротика, Высоцкий и народная медицина от ломоты, почечуя и прочей золотухи, переснятая в плохих копиях на еще более удручающую фотобумагу. Кстати, большинство коробейников вели себя как немые: стоимость показывали на пальцах — точнее, на пальце, поскольку более рубля за штуку это добро стоило редко. Не это ли молчание — абсолютно неофициальное, но знакомое большинству — взял на вооружение чуткий журналист, ушедший в манипуляцию десятками миллионов сограждан?

Не мы первые, не мы последние. И уж точно не мы единственные, кто хочет всего, везде — и по возможности даром, либо за разумную плату, вне зависимого от интеллектуального и прочих цензов. Проверочное слово — NASDAQ, и если бы оно одно. Но в нашем обозримом пространстве именно Аллан Чумак первым взял и перевел эту область коллективного бессознательного в не менее коллективное осознанное. Страна ждала — кого-нибудь. Аллан Владимирович им и оказался.

Говорят, молчание — золото. Наверное, Аллан Чумак не был бедным человеком. Однако и сколько-нибудь заметных богатств — ни на смене эпох, ни после — он явно не нажил. Как и те, кто без малого тридцать лет назад сколачивал капитал на аудиокассетах, «заряженных молчанием Чумака». По свидетельствам очевидцев, один из торговцев «спустя несколько дней аншлага и давки окончательно охренел; кассеты начали продавать нераспакованными». Чумак стал предтечей для нового коллективного сознания — поскольку те, кто пришли вслед за ним, оказались сильнее него.

Но сейчас пора признать: именно Чумак впервые показал советским людям, стартующим в постсоветское будущее, что значит сила веры. Во что бы то ни было — пусть даже в странного человека в очках, молча дарующего с телеэкрана здоровье и прочие блага. Сила веры — и то, что под ней можно с людьми делать (спойлер: все, что угодно). Кашпировский и Лонго, Мавроди и ваучеры, безболезненный переход к рынку и связанному с ним достатку, август-91 и октябрь-93, дружба с Западом и отказ от расширения НАТО на восток — все эти символы веры случились уже после взлета Чумака. Что-то сразу, что-то попозже. Как и многое, многое другое. 

А первым был он. Первым — и по-своему честным. Предупредившим о том, что и как будет происходить после него. «После» — потому что Чумак в виде актуального явления закончился задолго до собственной смерти. Уже в конце девяностых, баллотируясь в Госдуму, он не набрал и трех процентов. Страна быстро излечилась от Аллана Владимировича — чтобы пересесть на куда более тяжелые снадобья. 

И тем не менее: в память о покойном учителе последующей жизни — грех не зарядить банку. Что бы это ни значило.

Кстати, что вам известно о криптовалютах?

Подписывайтесь на нас в соцсетях и будьте в курсе самых интересных событий Челябинска и области

Комментарии 0