Танкоград, верблюд, метеорит

Маркетинговые фантики против исторического наследия

Андрей Ткаченко

То, что я скажу ниже — это всего лишь частное мнение человека, прожившего в Челябинске большую часть жизни. Я родился в роддоме на ЧЭГРЭСе, вырос в центре, ходил там в детский садик, окончил школу и, позже, наш госуниверситет. Я — челябинец, хочу я называть себя так или нет. Я просто коренной челябинец. Это было предуведомление.

Итак, местное отделение Общероссийского народного фронта (ОНФ) объявило о том, что челябинцы проголосовали за народный символ города. В рамках проекта ОНФ «С чего начинается Родина» активисты подвели итоги и объявили о следующем результате: по результатам опроса главным символом Челябинска признан «метеорит», именно ему отдали предпочтение 298 человек. На втором месте «верблюд» (291 голос), на третьем — «Танкоград» (249 голосов).

Интернет-пользователи также активно голосовали за леса, озера и горы. 213 человек уверены, что промышленному центру не хватает этих уголков природы. Всего в опросе приняли участие 1 тыс. 238 человек. Обо всем этом сообщает официальный сайт организации. Теперь объявлен конкурс граффити, которое украсит бетонный забор перекрестке Молодогвардейцев и проспекта Победы вновь избранным символом.

Вроде бы безобидный небольшой PR-проект, реализованный общественной организацией, которая прямо вулканирует самыми различными инициативами — от контроля ЖКХ до критики городских пляжей. Однако меня как челябинца тревожит наметившийся в обществе странный тренд — ставить Танкоград, метеорит и верблюда в один синонимический ряд.

Метеорит, на минуточку, чуть не уничтожил город, и делать его символом слегка нелогично. Строго говоря, он упал в озеро Чебаркуль и к Челябинску имеет весьма опосредованное отношение. Более того, его появление, падение и взрыв никак не являются следствием деятельности горожан. Иными словами, он просто свалился на нас с неба. Кстати, «леса, озера и горы», за которые ОНФ предложил голосовать, тоже не заслуга челябинцев.

С верблюдом ситуация понятнее. Он как-то присутствовал на гербе в дореволюционные годы, правда, в советские годы его сменили сталелитейный ковш, раскрытая книга и шестерня, что логично. Город мощными темпами индустриализировался, верблюд в логику опорного края державы, ее защитника и кузнеца вмещался слабо. Вернули его в городскую геральдику в смутные 90-е, когда регион переживал стремительную деиндустриализацию, передел собственности и прочие прелести. Ну, ладно. Историческое право поучаствовать в конкурсе верблюд, наверное, имеет.

Правда с точки зрения маркетинговой стратегии города верблюд выглядит странным выбором. Сразу приходят на ум все эти бесчисленные шутки: «У верблюда два горба, потому что жизнь — борьба». Или: «У верблюда спросили — «почему у тебя кривые ноги?». Он подумал и ответил: «А что у меня прямое?». Так себе положительный флер-то, если по-честному.

Но самое странное — прилепить сюда же Танкоград. Я даже не знаю, что это — дурновкусие или историческая слепота? Танкоград — не нелепое тотемное животное и не природное явление. Танкоград — это наша история, оплаченная сотнями и тысячами жизней. С такими вещами не шутят, на мой взгляд. Танкоград — это такие гиганты, как Николай Духов, которого Гитлер считал своим личным врагом. Легендарный конструктор тяжелых танков, один из отцов атомной бомбы, трижды Герой Соцтруда, пять (!) раз удостоенный Сталинской премии, которая позже, кстати, была приравнена к Государственной.

Танкоград — это Яков Сокол, под руководством которого был построен ЧМЗ, чья история начиналась с пары бараков на берегу Миасса. Первую кузницу построили в щелястом сарае, горн раздували мехами, но уже вскоре открылись две доменные печи, пять электропечей, две коксовые батареи и два прокатных стана. Треть всех советских танков и самолетов была построена из стали, произведенной на ЧМЗ.

Памятник легендарной «катюше»

Танкоград — это гвардейские минометы БМ-13, легендарные «катюши», в обстановке строгой секретности производившиеся на заводе № 701 Наркомата минометного вооружения, позже — завод им. Колющенко. Каждый месяц армия получала 45 «катюш», делать которые приходилось с ювелирной точностью. Здесь же за годы войны произвели свыше миллиона реактивных снарядов. Сейчас можно слышать голоса о том, что, мол, всю «оборонку» в Челябинске произвели заводы, эвакуированные из Центральной России и Украины. Всю, да не всю. По свидетельству очевидцев, «катюши» в Челябинске начали собирать за несколько месяцев до прибытия эвакуированных. Недаром на улице Доватора стоит памятник «катюше» — самому страшному советскому оружию Великой Отечественной.

А теперь, внимание, вопрос: мы действительно хотим нивелировать действительно существующую у нас, сложившуюся в силу исторических событий легенду до сравнения с верблюдом и метеоритом? Тут дело даже не в конкретной инициативе конкретного ОНФ. Тут дело в том, что в этой нелепице, как в капле воды, отражается нигилизм челябинцев по отношению к собственной истории. И это не их вина, это — их беда.

В погоне за яркими, как нам кажется, маркетинговыми ходами мы рискуем упустить главное — ту невымышленную историческую уникальность, которая отличает наш город. Нам нет нужды придумывать байки о том, что «Челябинск — родина слонов». Ну, или верблюдов. Челябинск — родина героев. Без экивоков или преувеличений. Давайте, пожалуйста, об этом не забывать.