Политолог Алексей Ширинкин:

«За места в Госдуме развернется большая битва»

Политолог Алексей Ширинкин рассказал «Челябинскому обзору» о том, в чем главные смыслы ближайших избирательных кампаний 2015-16 годов.

Ярослав Наумков

Вопрос контроля

- В ближайшее время Челябинскую ожидают две масштабных избирательных кампании. Осенью 2015 года пройдут выборы в Законодательное собрание, а также органов местного самоуправления и глав городов и районов региона. А годом спустя пройдут выборы в Государственную думу. Чего вы ждете от этих выборов, кто какие цели преследует в эти кампании и чем в итоге дело закончится?

- Давайте начнем «снизу» - с муниципальных выборов. Кампания будет довольно масштабной – подходит окончание срока полномочий тех, кто избирался в городах и районах в 2010 году. Вполне вероятно, в ряде территорий мы будем наблюдать ротацию элит. При этом выборы в городах как раз будут спокойнее, кроме тех, где есть оппозиция в гордумах. А вот в районах, где прямые выборы глав, будет жарко.

В свое время известный американский историк и писатель Артур М. Шлезингер написал книгу «Циклы американской истории». У нас можно писать книгу «Циклы челябинской муниципальной демократии».

Дело в том, что во многих территориях давно, со времен не то верхнего палеолита, не то Советского Союза (улыбается), сложились определенные кланы, группировки элит, которые время от времени меняют друг друга у власти. Примеры – да хотя бы Красноармейский район, где до сих пор есть условные «нажиповские», или Верхний Уфалей, где по-прежнему есть влияние у экс- главы Юрия Абдурахимова. А в Южноуральске до сих пор есть «шавринские» (хоть сам Владимир Шаврин уже в лучшем мире), которые все спорят с «соболевскими». А еще есть Владимир Гора со товарищи…

Пока все эти противостояния, словно суп в кастрюле, придавлены различными политическими крышками и «крышами», но супчик-то закипает…

- А суп-то этот насколько наваристый? Есть в городах и районах вообще за что биться?

- На самом деле хороший вопрос.

У меня всплывает аналогия с Римской империей, которая в какой-то степени погибла из-за того, что граждане начали массово избегать государственных служб, что было обязанностью граждан Рима. К концу 4-го века начали сечь магистратов, которые не выполняли свои обязательства, и они начали этих обязанностей избегать, предпочитая пребывание в провинции или еще что-то.

Сейчас, у нас я наблюдаю те же процессы – люди начинают избегать похода во власть, даже самую маленькую. И вопрос: «а зачем мне вообще все это надо?» звучит накануне тех или иных выборов все чаще. Как и «А что мне за это будет?»

В итоге количество людей, которые готовы идти во власть, становится все меньше.

Кроме того, надо понимать особенности нашего постсоциалистического (да и любого переходного) периода. Либо демократия (какая есть) и коррупция, либо нет коррупции, но нет и никого, кроме силовых структур, и со всем остальным все плохо.

И стоит понимать, что – да, люди идут во власть в том числе для того, чтобы решать свои личные проблемы, экономические в том числе. Да, они присосутся к бюджету, это очевидно. Вопрос в установлении каких-то границ этому и борьбы с зарвавшимися, и то борьбы «человеческой». Либо мы идем по головам, но тогда у нас просто не будет никто идти в мэры. Зачем идти в мэры города, если у тебя одна ответственность? Вот Коробейников, глава Каслинского района – он, конечно, молодец, но он в итоге сел. Наверное, было за что, но сел за котельную, если кто помнит. У коллег снова вопрос – и зачем мне это?

- Еще одна особенность таких конфликтов в небольших городах – «куски» меньше, чем в условном Челябинске, но схватка за них значительно ожесточеннее…

- Да, есть иррациональный момент – это «мое», мы это «держим». К тому же человек гораздо больше склонен не столько завоевывать, сколько драться за то, что уже есть. Если хотите замотивировать человека по-настоящему, объясните ему не что он может приобрести, а что он может потерять.

Но повторюсь – сегодня муниципальная власть вряд ли может в материальном плане – денег, бюджетов - дать что-то такое, что предполагалось в 90-е годы. Хотя все равно присасываются, собаки… (улыбается)

Но все это характерно не только для Челябинской области. Примерно то же самое происходит по всей России, с той или иной степени эффективности.

- Но ведь есть и региональная власть, которая, вероятно, тоже заинтересована в контроле над ситуацией?

- Безусловно, и тренд повышения степени контроля заметен. Хотя «кнут»-то я вижу, а вот «пряник» просматривается не так четко.

- А каков вообще смысл этого контроля? Приведение всех в чувство и к порядку?

- Для меня очевидно, что Борис Дубровский стал губернатором для определенной цели, о выполнении которой он может доложить Владимиру Путину.

Для начала Дубровский практически решил вопрос с дефицитностью бюджета, возникшую при его предшественнике. Сейчас стоит задача дальнейшей оптимизации всего процесса, экономии. А значит, нужно инвентаризировать всю область, чтобы понять, что, где и как можно утрясти и «усушить», сэкономить на закупках, и пресечь воровство. В том числе – на муниципальном уровне.

В данном контексте имеет смысл местных глав «прессануть», чтобы побоялись воровать, и при этом подсчитать заодно, сколько они воруют и на чем.

В том числе в этом смысле вице-губернатор Николай Сандаков провел огромную работу. Он, по сути, выполняет ту же функцию по гармонизации региональных и муниципальных элит, которую при Юревиче выполнял Александр Уфимцев. И у Сандакова это хорошо получается – мы не видим, во всяком случае, полыхающих войн в муниципалитетах, которые случались при Петре Сумине. Все сидят более-менее ровно, а те, кто не ровно, сидят в другом месте. Заметно, что используется силовой ресурс, и это работает, причем не хуже, чем административный «кнут» и «пряник».

- А то, что в городах будет активно вводиться институт сити-менеджеров – это в том числе средство контроля?

- Да, конечно. Не забывайте простую вещь – у нас в области нет ни одной территории-донора, которая бы сама себя содержала. Все, даже Челябинск, существуют за счет дотаций из области. Конечно, это следствие федеральной межбюджетной политики, но тем не менее. И логика областной власти по отношению к территориям просто – если на местах воруют деньги, которые им выделяют, и мэры местные еще и «фигвамы» строят – зачем это надо? Значит необходимо жестче контролировать процесс их расходования. Сделать это через сити-менеджера проще, да и эффективнее.

Все зависит от того, насколько сильно и как долго будут напуганы местные элиты. Они, конечно, с большим восторгом вцепятся друг другу в глотку, к этому они готовы всегда, чуть хватка сверху ослабнет. Возьмем Троицк – там бы сейчас была бойня, если бы экс-мэра Щекотова не «свинтили». А глядишь, еще какой-нибудь Синеок (еще один экс-глава города) всплывет…

Я считаю, что муниципальные выборы, конечно в целом контролируется областными властями, у которых есть для этого весь необходимый инструмент. Но если ситуация в стране с экономикой и с вертикалью власти будет непредсказуема, то первое, что может посыпаться – это именно ситуация в городах и районах.

Заксобрание поменяется, но выборы будут скучными

- Одновременно с муниципальными выборами пройдут и выборы в Законодательное собрание области. Для значительной части элиты региона именно эти выборы являются ключевыми. Так ли это, и стоит ли овчинка выделки в этом случае? Ведь тот же Андрей Барышев при первой возможности с радостью оставил кресло в Заксобрании и вернулся в Городскую думу Челябинска…

- Тоже хороший вопрос… А Барышев поступил вполне логично – в Заксобрании, как известно, землеотводами не рулят (улыбается).

Сам по себе статус депутата Заксобрания в экономическом смысле практически ничего не дает – тем, кто хочет «присесть на бюджет», вряд ли позволят это сделать. Законодательное собрание – это скорее билет в определенный круг, политический клуб людей, которые достигли определенного статуса, уровня, и сказали власти что-то вроде «да, мы готовы помочь, и тратить свое время на законодательную работу». Тот же Семен Аркадьевич Мительман тому пример.

Кроме того, депутат Заксобрания – это тот человек, который может выйти к людям, и объяснить им ту или иную вещь…

- Разговоры с избирателями вроде бы довольно редкое явление…

- На самом деле это происходит и это работает. В региональном парламенте хватает коммуникабельных людей, способных находить нужные слова и нотки. Хотя, конечно, депутаты есть разные, и не все из них блестящие ораторы.

- Но есть и приятное – возможность влиять на законотворческий процесс…

- Отчасти да. Но лишь отчасти. Безусловно, Заксобрание играет важную роль в этом процессе, но, мягко говоря, далеко не всегда является источником, местом принятия решения.

- Говорят, что в следующем созыве персональный состав Законодательного собрания изменится, и очень серьезно.

- В принципе, это было понятно уже прошлой осенью.

Во-первых, люди не молодеют. Во-вторых, у кого-то бизнес-интересы могут возобладать над желанием заниматься политикой (в том виде, в котором сейчас политика существует). А кто-то, кто шел в нее в свое время с неохотой, исходя из того что «так надо», могут перестать считать это насущной необходимостью. И таких людей в нынешнем Заксобрании не так уж мало.

В третьих, произошли очень серьезные подвижки в элите региона. Часть тех, кто пришел к власти, видят на месте депутатов из «команды Юревича» других людей. Думаю, что многие из людей экс-губернатора спокойно это воспримут.

Возможно, появятся квоты для тех, кто будет отстаивать «интересы простого народа», являясь выходцем именно оттуда. Или вовсе указивка сверху придет на выделение мест тем или иным странным личностям…

- А можно ли будет попасть в Заксобрание, не являясь членом «Единой России»?

(улыбается) Это, наверное, одна из основных интриг. Я не сомневаюсь, что «Единая Россия» способна агрегировать электорат и нормально с ним работать. Все ресурсы есть.

- А что другие партии?

- Боюсь, что они мало чем располагают и в плане ресурсов, и, прежде всего, в организационной составляющей. Они себя уже «блестяще» проявили на губернаторской кампании.

Фактически, что-то еще может изобразить КПРФ – там есть люди с деньгами, есть ядро электората, да и ситуация в стране скорее благоволит к росту именно левых настроений, в том числе радикальных. Что-то они смогут взять, может быть даже кусочек этот будет интересный. Во всяком случае, если бы я был технологом КПРФ, то сделал бы веселую кампанию. Но, пожалуй, я на это не соглашусь (улыбается)

ЛДПР себя проявило слабо – на выборах в районные думы взяли, кажется, лишь один мандат – и то для кандидата, который был согласован заранее и на другом уровне.

«Справедливая Россия» - сегодня это вообще странная организация. Теоретически у них есть ресурсы, чтобы стать нормальным, качественным политическим проектом. Вот, в Екатеринбурге так дело и обстоит, их местный лидер Александр Бурков – просто молодец.

Валерий Гартунг, лидер челябинских «эсеров», до последних пяти лет тоже был молодцом - у него была организационная структура, был обрабатываемый электорат, и он получал с этого политические дивиденды и результаты на выборах. Но куда что делось – решительно непонятно. По сути, все разбазарено, и их «потолок» на выборах сегодня  - три-пять процентов.

- А вам не кажется, что Гартунг все обменял на один, последний бросок в Государственную думу?

- Если это так – то стратегия выбрана проигрышная, ошибочная. За годы тишины его многие забыли, а кто-то разочаровался. А другие герои находятся быстро. И чтобы вернуться в повестку, ему придется тратиться гораздо больше, чем если бы он просто поддерживал работавшую структуру в том состоянии.

- Из ваших слов получается, что выборы в Заксобрание будут значительно менее острыми, «жаркими», нежели кампания в муниципалитетах.

- По большому счету, именно так.

На ковре и под ковром

- Через полтора года – выборы в Государственную думу. Можно ли говорить о том, что кампания уже стартовала?

- А она шла не переставая с момента завершения предыдущей думской кампании. Сейчас же можно говорить, что конкуренты уже начали выдергивать друг из под друга стулья – события вокруг Олега Колесникова вполне могут быть интерпретированы именно таким образом.

В этом плане Челябинская область, опять-таки, ничем не отличается от остальной России. Вот, у соседей-свердловчан начали зажимать Валерия Язева… Мандатов мало, интересующихся ими гораздо больше.

- Но выборы в Госдуму – это же история уже не про местечковую элиту – ребята-то серьезные…

- Безусловно, это первый эшелон региона, основные группы влияния, игроки уже скорее федерального масштаба.

- А планы групп влияния сильно противоречат друг другу? Или все же есть шанс им договориться полюбовно и «распилить» мандаты аккуратно, учитывая всех интересантов?

- Политика – это всегда состязание, всегда война. Люди со своими интересами, ресурсами и стратегиями всегда сталкиваются между собой. Понятно, что кто-то кому на горло наступает. Проблема в нашей ситуации в том, что не все можно спрогнозировать.

Помните фильм «День выборов» и одного из главных героев? «Здравствуйте, я ваш губернатор, Игорь Владимирович. Я еще вчера не знал, что буду губернатором, я шел в баню. Вот вы смеетесь, а зря…» (улыбается)

Сегодня все думают, что будет одно количество мандатов Госдумы на область. И основные группы сели, расписали списочек, кому чего и сколько мандатов, и все согласовали. А потом позвонят из Москвы, и скажут: «это не то, это не так, а вот здесь не тот, от нас будет не два, а пятеро, а один вообще обязательно чтобы негром был. И ищите негра как хотите и где хотите» (улыбается). И как это предсказать?

- Михаил Юревич пойдет в новый созыв Госдумы?

- Думаю да.

- От Челябинской области или нет?

- Наверное, ему было бы удобнее здесь, а вот как получится – не знаю… Может быть и не отсюда – вспомните Михаила Гришанкова, который избирался от Перми. А у нас, например, рядом есть Курганская область, где у Михаила Валериевича есть много активов…

При всех, казалось бы, очевидных сегодня раскладах – через год может быть все, что угодно. Прогнозировать практически невозможно. Мы не знаем, как изменится экономическая ситуация в стране, политические процессы на федеральном уровне, мы не знаем, что еще может произойти. Поэтому уже сейчас заявлять о том, что «я пойду в Госдуму по такому-то округу», и начинать вкладываться не совсем рационально. Пока проще зачищать поляну кулуарно, избавляясь от конкурентов.

В любом случае, за Госдуму будет битва – слишком эти выборы важны для основных элитных кланов области. Но вот где эта битва пройдет - на ковре или под ковром – большой вопрос…

Комментарии 0