Елена и Антон Сластниковы:

«Творческий дуэт: жизнь и театр»

Женя Хажей

На спектаклях мы следим за актерской игрой, режиссерскими решениями и сценарием. Но театральная постановка во многом зависит от декораций, костюмов, света... Антон и Елена Сластниковы создают атмосферу на сцене не только челябинских, но и европейских театров.

«Работа художника в театре начинается с читки пьесы, с драматургии.

Затем собираемся творческой командой: режиссер, композитор, хореограф и другие создатели спектакля — обсуждаем, что мы хотим видеть на сцене. Закладываем фундамент, от которого и будем отталкиваться. Творческие поиски — это самое интересное в нашей работе», — рассказывает Елена Сластникова.

В их кабинете разложены эскизы, буклеты, книги. Работы много: в Челябинске Антон и Елена востребованы практически во всех театрах, но кроме Южного Урала их декорации и костюмы видят во Франции и в Петербурге. Художники улыбаются на вопрос: «Не ревнует ли вас директор Молодёжного к другим театрам?»

— Мне кажется, хорошо, что нас зовут — значит, хорошие художники, — отмечает Антон. — И потом, театральные проекты на других площадках дают возможность шире смотреть на свою творческую палитру.

— В Молодежный театр, где вы работаете большую часть времени, часто приезжают приглашенные режиссеры. Как вы находите общий язык?

Антон: Здороваемся, начинаем общаться, вдохновляем друг друга на решения спектакля.

Елена: У нас есть опыт работы в театре, поэтому мы говорим на одном театральном языке и понимаем его с полуслова.

— Что нужно для создания спектакля?

Антон: (смеется) Много и долго учиться.

Антон открыл окно. С улицы зашумели машины и люди. Художник стал рассказывать, как решил, что театр — это навсегда. Будучи студентом художественного училища, он ходил на спектакли Вольховского, спектакли театра «Манекен» — за этими постановками хотелось наблюдать, в это пространство хотелось погружаться. А у художника есть возможность создавать эту атмосферу. И из инструментов здесь не только кисти и краски, а сотни вариантов фактур, текстур, различных форм, художественный свет и так далее. Свое пространство можно создавать и бесконечно его видоизменять.

Антон Сластников

— А где этому учат?

Антон: Я закончил Санкт-Петербургскую академию театрального искусства. Не скажу, что учиться было легко. Поступающих на курс было более 50 человек со всей России, из них поступило 14, а спустя пять лет закончило — семь. Плюс «лихие 90-е» (смеется). Приходилось учебу на дневном отделении совмещать с работой в театре «Балтийский Дом». Начинали, так сказать, с азов... Елена работала реквизитором, а я мебельщиком — это был интересный период нашего студенчества. Мы видели, как рождается театр «Дерево» Антона Адасинского и «Формальный театр» Андрея Могучего. Смотрели фестивальные спектакли Балтийских стран. Само то, что ты посещаешь музеи, знакомишься с шедеврами мирового искусства... и архитектура Петербурга: его дворцы и парки! Все вдохновляло нас. Как говорится, даже стены там учат...

— Почему тогда Челябинск?

Антон: Будучи в Челябинске после сессии, шел мимо Молодежного театра, а надо было преддипломную практику проходить. Предложил свою кандидатуру. В итоге поставил здесь как художник-постановщик спектакль «Красная шапочка». Премьера была сыграна. Мне предложили после защиты диплома в 2000 году продолжить сотрудничество с театром, это была хорошая возможность для меня применить свои знания в профессиональном театре.

— Уже 18 лет?!

Антон: Практически да. Мы уезжали в Москву на шесть лет, но не оставляли театр. Жили на два города.

Елена: В столице Антон придумывал декорации для шоу, концертов, и разных мероприятий: от государственных до частных. Работал на больших площадках, делал «День России на Красной площади» в 2009 году, «Празднование дня Победы» — в 2011 году на Мамаевом Кургане в Волгограде и в Москве на Поклонной горе. Его работа была представлена на «Дне России» в Париже. Да много где мы успели поработать!

Антон: Безусловно, этот период был интересен для нас как в профессиональном, так и в финансовом плане. Но театр и его атмосфера мне были всегда ближе.

Елена Сластникова: «Современный язык более подвижный»

— Вы говорите, что театральный художник должен много учиться. Где еще, кроме вуза?

Антон: На практике. Мы до сих пор учимся: любой спектакль — это эксперимент. Повторяться нельзя, нужно всегда придумывать что-то новое. Это постоянное развитие. Новые пьесы, драматурги, режиссеры... Новые технологии и материалы для сценографии

Елена: А сколько сейчас появляется новых технологий! Например, в спектакле «Бунин. Рассказы» использовались технические решения, которые создавали некий баланс между живой игрой артиста, светом и видеопроекцией. Не было понятно: это видеоряд или просто свет так выстроен?

— В прошлом году на выставке театрального искусства, приуроченной к 95-летию театра Драмы, многие художники говорили о масштабности декораций. Мол, раньше были мощь и размах, а сегодня достаточно проектора.

Антон: Так всегда происходит (смеется). Когда мы становимся старше, нам кажется: «Вот, в нашей-то молодости и цветы по-другому цвели, и сценография была другая». Сегодня тоже делаются масштабные декорации. Все зависит от задачи. В разное время — разное мироощущение.

Елена: Ну, не скажи. Раньше действительно было все сложнее: двери, стулья, столы, двухэтажные павильоны. Современный язык более подвижный. И с технической точки зрения все стало проще: декорации не должны занимать много места, и лучше, чтобы они были удобны для транспортировки на гастроли. Не думаю, что это плохо. И постановки делались годами, а не за пару-тройку месяцев. Время ускоряется.

— Сколько времени нужно вам для создания постановки?

Антон: В среднем — около трех месяцев. Месяц на погружение в материал, драматургию. Месяц на форэскизы — зарисовки. Режиссеру предлагаются разные идеи, что-то он утверждает, что-то отметает. И месяц на подготовку макетов, габаритных чертежей, эскизов для работы цехов.

— Чертежи, эскизы... это больше инженерная работа.

Антон: Театральный художник создает пространство, среду, атмосферу. Мы как архитекторы придумываем визуальный мир. И поэтому важна каждая деталь.

Спектакль Carmina Burana, художник-постановщик — Антон Сластников

— Недавно вы стали художниками-постановщиками французского спектакля Carmina Burana. Сейчас вся Европа видит вашу работу. Как вам это удалось?

Елена: Организация «Franceconcert» на базе Челябинского театра оперы и балета делала спектакль «Болеро». Мы создавали декорации и костюмы. После премьеры спектакль уехал в мировое турне. С «Franceconcert» у нас завязались хорошие отношения, и через год от них поступило предложение создать эскизы декораций и костюмов для балета «Carmina Burana». Позже костюмы и декорации изготавливались в производственных цехах Театра балета Бориса Эйфмана и другими петербургскими мастерскими. После европейских гастролей спектакль приедет в Челябинск. Это своего рода уникальная постановка.

Антон: Да, это синтез искусств.

— Как придумывались декорации и костюмы для такого новаторского спектакля?

Елена: За основу была взята «Божественная комедия» Данте Алигьери.

Антон: На сцене колесо фортуны, которое трансформируется во врата: то в рай, то в чистилище, то в ад. На протяжении всего спектакля декорация находится в движении. Но здесь нужно было продумать все нюансы транспортировки: как будут разбираться декорации, каким образом их перевозить, на многих гастрольных площадках нет штанкетов, например... Передо мной были довольно жесткие рамки, которые не всегда дают возможность воплотить целиком всю фантазию.

Но все-таки! Любой спектакль — это опыт. И каждый раз ты впитываешь новые знания, ловишь новую волну вдохновения.

И по жизни происходит бесконечная смена декораций.

Отправьте нам новость

У вас есть новость или информация для нас? Считаете, что мы могли бы написать об этом? Поделитесь с нами тем, чем считаете нужным, и оставьте координаты для связи, чтобы мы могли уточнить и проверить то, что вы нам сообщили.

«Челябинский обзор» гарантирует вашу конфиденциальность как источника информации, если вы прямо не попросите об обратном.

Мы не обещаем, что ваша информация обязательно станет поводом для публикации, но обещаем, что проверим со всей серьезностью то, что вы нам сообщили.