Уже не Мордовия, но еще не Омск…

Челябинскую область опустили на 30 строчек в рейтинге влияния властей на инвестиционный климат

Минэкономразвития России опубликовало доклад, посвященный оценке деятельности губернаторов по созданию благоприятных условий предпринимательской деятельности в субъектах РФ в 2014 году. Среди регионов-«середнячков», неожиданно продемонстрировавших рекордное экономическое падение за год — Челябинская область.

По мнению экспертов, в рейтинге вступают в противоречие некоторые отчетные показатели, которые комплиментарны для областных властей
pp.vk.me

Челябинская область занимает в рейтинге МЭР 43 место среди регионов со средним уровнем социально-экономического развития, при этом год назад, в 2013-ом, регион был на 13-ой строчке, на которой сейчас составители рейтинга расположили Республику Мордовию. На первой строчке — Тюменская область, на последнем — Омская. Соседняя Свердловская область граничит с нами и в рейтинге, с отставанием на одну строчку.

По оценке федерального центра, губернатор Борис Дубровский и его правительство не сумели выполнить большинство целевых значений, заданных минэкономразвития. Челябинская власть не смогла сократить срок получения разрешения на строительство, снизить уровень безработицы, обеспечить рост реальной заработной платы, прирост инвестиций в основной капитал, введение современных автодорог и т. д.

Руководитель центра экономических исследований Института проблем глобализации и социальных движений Василий Колташов, слова которого приводит агентство «Актуальные комментарии», полагает, что резкое снижение позиций Челябинской области в рейтинге связано с падением промышленного производства.

«Челябинская область в долгах, а падение промышленного производства приводит к снижению поступлений в бюджет, что снижает возможности областной власти сопротивляться кризису», — отмечает он.

Политолог Андрей Тихонов также считает, что ухудшение предпринимательского климата на Южном Урале связано с тем, что там восторжествовал принцип клановости.

«При губернаторе Дубровском, бывшем гендиректоре Магнитогорского металлургического комбината, особые преференции получили компании, аффилированные с этим предприятием. Так, например, если пристально посмотреть на структуру собственности компаний, получающих заказы на дорожное строительство, можно выяснить, что все они связаны именно с ММК», — говорит он.

По словам эксперта, с учетом этого обстоятельства вряд ли можно говорить о заинтересованности областной власти в улучшении конкурентной среды и условий для развития малого и среднего бизнеса.

«Все это не может не фиксироваться федеральным центром, и низкое место Челябинской области в рейтинге минэкономразвития является закономерным», — подчеркивает он.

«Когда выходит такой серьезный документ как доклад федерального министерства, на это в любом случае надо обращать внимание, что, уверен, и сделали региональные власти, — говорит политолог Александр Мельников. — Но отмечу, что поводов для драматизации ситуации нет. Область заняла не 85 место, а была отнесена к „середнячкам“, хотя, да, в 2013 году была в лидерах».

Эксперт указывает, что на ключевых показателях, по которым профильное ведомство оценивает регионы, отразились кризисные процессы в экономике. Просто в каких-то отдельных территориях определенные макроэкономические показатели начинают играть бОльшую роль.

«Правительство области предпринимало немало усилий, чтобы максимально смягчить последствия продолжающегося кризиса, решая те же проблемы с безработицей. Тогда было, мягко говоря, не до уровня зарплат, что касается и других заявленных минэкономразвития показателей, многие из которых достичь было просто нереально, — считает Александр Мельников. — Если говорить в целом про рейтинги, пусть даже такого уровня, реальные процессы, которые происходят в экономике области — это все-таки немного другое».

Да и само минэкономразвития не всегда выдает истину в последней инстанции, говорит эксперт, приводя в пример ситуацию, когда глава ведомства Алексей Улюкаев несколько раз объявлял, что экономика РФ достигла дна. И здесь система подсчета тоже может быть несовершенна, не исключает собеседник.

«Не думаю, что за последнее время в регионе ухудшались условия для ведения предпринимательской деятельности», — резюмирует Александр Мельников.

Сергей Зырянов, директор челябинского филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы обратил внимание на то, что в рейтинге вступают в противоречие некоторые отчетные показатели, которые комплиментарны для областных властей:

«Не хотелось бы находиться в этом тренде, но есть вопросы, которые хотелось бы уточнить прежде чем соглашаться с оценкой минэкономразвития. Во-первых, результаты рейтинга связываются экспертами с падением производства. Но по итогам полугодия, по данным Росстата, показатели промышленного производства в регионе выше, чем в среднем по стране. Еще одна проблема, на которую указали составители рейтинга, — плохие дороги. Не думаю, что с 2013 по 2014 годы произошло заметное ухудшение автомобильно-транспортной системы в регионе, хотя денег на дорожное строительство стало выделяться меньше. К тому же, экспертные оценки всегда имеют под собой элементы субьективизма».

Наиболее объективную оценку, по словам Сергея Зырянова, дают сравнимые статистические данные за 2014 год, к которым следует обращаться прежде всего, а уже потом «докручивать оценочные механизмы, причем, более тонкими настройками». Плюс должна быть четко сформулирована методика составления рейтинга, говорит эксперт. Важно понимать, чему он посвящен: если развитию институциональной рыночной среды — может, результат действительно так и выглядит, если ведению предпринимательской деятельности — есть элементы «передергивания» по некоторым позициям, отмечает Зырянов.

«При этом я не думаю, что предпринимательский климат в регионе улучшился, — добавляет он. — Но у региона есть запас прочности — в условиях кризиса наша экономика чувствует себя лучше многих региональных экономик».

«Понятно, что мы находимся в кризисе и как монообласть очень зависимы от цен на металлы. В этом смысле любые колебания колоссальным образом отражаются на состоянии экономики в регионе. При этом губернатор находится у власти только год: это переходный период, когда происходит „усушка“ и „утряска“ — отмирают какие-то старые схемы, появляются новые. Плюс такая ситуация наслоилась на серьезные политические процессы — пилотные муниципальные выборы и выборы в Законодательное Собрание. Сложностей в этом смысле было огромное количество, поэтому падение вполне естественно, и такие колебания — в пределах нормы. Ничего противоестественного не произошло», — считает политолог Андрей Лавров.

«Получается забавная ситуация. На протяжении всего времени область занимала хорошие позиции в рейтингах во всем, кроме экономических показателей — по ним мы плелись в хвосте, год за годом сдавая позиции. Но сейчас цифры говорят сами за себя. Показатели области на 3-4% выше среднероссийских. Мы пожинаем волну негативных общероссийских трендов, а региональные у нас исключены, — высказывает уверенность Сергей Гордеев, руководитель Научно-образовательного центра развития региональных соцэкономических систем Института экономики УрО РАН и ЧелГУ. — Есть два стиля работы — на отчет и на результат. И Борис Дубровский, как любой производственник, придерживается второго стиля. А то, что ведомства у нас не перестроились и не сгенерировали нужную информацию для отчетов, — это издержки управления».

Добавим, что эксперты, знакомые не только с отчетными показателями Челябинской области, которые были взяты в методику федерального минэконома, но и с оценками работы чиновников самими предпринимателями на местах, отмечают, что на 43 место регион отодвинут полностью справедливо.

Комментарии