Блог редакции

Каждую неделю журналисты «Челябинского обзора» делятся тем, что произошло с ними за неделю. На этой неделе болезнь выкосила из наших рядов Алексея Потапова, поэтому сегодня мы остались без его поэтичных описаний женской красоты. Но остальной коллектив с радостью поделится с тобой, читатель, теми ощущениями и мыслями, которые подарила нам эта долгая теплая осень.

Максим Бодягин

Главный редактор издания «Челябинский обзор»

***

Как-то раз мой близкий друг шваркнул меня лицом об татами. Я слегка прилип, судорожно постучал ладошкой по мокрому ковру, сигнализируя, что болевой удался, кое-как отлепился от пола и встал. Мы с полчаса возили друг друга по спортзалу, рассуждая о тонкостях древних боевых практик джиу-джитсу, потом побрели через лес по домам. Вокруг пахло пожухшей листвой. Я спросил, скорее себя, чем товарища, зачем мы, двое мужчин «около полтоса» изнуряем себя тяжелыми тренировками, отрывая время от семей, от телевизора, от пива, в конце концов. «Ну, давай, тогда по пивку возьмем», сказал мой старый друг.

Мы присели на лавочку. Он медленно прожевал первый, самый вкусный глоток, и сказал: «Знаешь, что является единственной альтернативой потребительству? Творчество. Во всем. Что бы мы ни делали». Творчество. Наша форма сопротивления. Наша форма выживания. Наша форма выразить собственные взгляды. Максима «Eat. Buy. Work. Die» (или «Жри. Покупай. Работай. Сдохни» на русском) — не для нас.

Нас радует, что мы — не единственные, кто продолжает жить так, несмотря ни на что. Каждый мой рабочий день убеждает меня в этом. Таков наш «икигай» — то, что по мнению японцев, придает смысл нашим жизням. Художники и поэты, музыканты и актеры, даже если они работают в миру простыми таксистами, продавцами бытовой техники или барменами, незаметно делают мир чуточку лучше. По чуть-чуть. Понемногу. По зернышку.

Творить, что бы ни случилось. Творить, кто бы что ни говорил. Творить без надежды на сиюминутный успех. Творить просто ради наслаждения процессом. Вот, что дает настоящую внутреннюю силу. Пусть это звучит слегка пафосно, но в этом мне видится глубокая правда, которую каждый может применить к себе. Применить, и обнаружить, что в мире еще очень много радости и свежести.

Ксения Шумина

Обозреватель издания «Челябинский обзор»

***

На этой неделе мне внезапно исполнилось 35 лет.

Из этих 35 я работаю в СМИ 13 лет, три года играла в студенческом театре, четыре года была замужем, семь лет имею загранпаспорт и путешествую по миру, пять лет выплачиваю ипотеку.

По моему скромному и небесспорному мнению, зрелость к человеку приходит тогда, когда он осознает конечность любого ресурса, начинает жить, исходя из этой аксиомы, и когда при этом у него хватает на это средств. Отсутствие должного уровня достатка — равно инфантилизму.

Зрелость — это умение отказаться от понтов. Лет до тридцати я отчаянно хотела водить автомобиль. Пока не поняла, что купить квартиру близко к работе и пользоваться общественным транспортом — куда более разумное решение, избавляющее от огромного (по моим меркам) стресса.

Зрелость — это осознание того, что любые токсичные отношения необходимо разрывать. Любые. В совокупности я потратила четыре лишних года на двух работах (с двумя начальниками), с которых (и от которых) надо было уходить гораздо раньше, чем я это сделала. Тогда мне казалось, что я подстраиваюсь под обстоятельства и выжидаю лучшего времени, но теперь понимаю, что просто хотела не принимать решений.

И да, зрелость это умение и желание вовремя записаться к доктору. И привычка ежемесячно проводить ревизию своих финансов.

И лучше всего, если зрелость стукнет вас лет эдак в 25)

Дарья Дубровских

Специальный корреспондент

***

В настоящее время проходим с мужем стадию отношений «ремонт — нам пока не нравится». Но сейчас не об этом. Поражает реакция соседей, которые только и успевают написывать в группе дома, мол, не сверлите и не долбите с 6 до 9, с 12 до 15, после 20. А еще в выходные. Я, конечно, понимаю молодых мамочек, которые вместе с детьми вздрагивают от звуков перфоратора, но альтернативы не вижу. Потому даже проконсультировалась со знающими людьми. Про закон тишины я знала, удивление вызвало другое. Оказывается, проведение ремонта в жилом помещении не должно превышать трех календарных месяцев. Для работ же более длительного характера необходимо получить письменное согласие от соседей. Интересно мне, кто-то так делал?

Олеся Черепова

Корреспондент

***

Самым большим шоком этой недели для меня стал относительно новый клип группы Little Big на песню «Skibidi». Друзья, это какой-то ужас. Об этом произведении музыкального искусства рассказал мне муж, добавив, что он посмотрел его уже около 15 раз. «Пф!» — высокомерно подумала я в полной уверенности, что не поведусь на провокации этого скандального музыкального коллектива. Но не тут-то было. С первых секунд видеоряд буквально гипнотизирует зрителя, а странные звуки, которые издает главный герой, надолго врезаются в память и заставляют глаз дергаться еще до самого вечера. Самое интересное, что во время первого просмотра ты думаешь: «Боже мой, это же мусор для дегенератов!». Но рука уже невольно тянется к кнопке повтора, чтобы твой страдающий мозг смог еще раз насладиться этим шедевром.

Кстати, в первую неделю после выхода клип настолько завирусился, что на него стали появляться пародии от различных крупных компаний, блогеров и, конечно же, Ивана Урганта. Такой он, 21 век.

Алиса Сынбулатова

Корреспондент

***

На неделе разбирала «завалы» в квартире. И снова наткнулась на воспоминания о школе: на мои старые учебники, тетради, альбомы. Так забавно сравнивать, как менялся почерк. Особая гордость у меня была — дневники. Еще бы за все 11 лет ничего, кроме «пятерок», по итогам четвертей и триместров. Это становясь старше, понимаешь, что оценки были не так уж важны. В мире еще столько всего, что ты не знаешь того, что выходит за рамки школьной программы. Наверное, поэтому я даже не помню, где сейчас хранится золотая медаль...

Еще поумилялась с шедевров, которые создавала в секции рисования в летнем лагере. Такие детские рисунки, яркие, пестрые, мне хотелось вместить в них всего побольше, чтобы было «дорого-бохато». Они мне тогда очень нравились. Хотя, честно признаться, и сейчас нравятся. Есть в них что-то трогательное. Наверное, поэтому и рука не поднимается все эти сокровища выкинуть. Вот только сделать фото, конечно, я забыла.

Андрей Ткаченко

Фотокорреспондент

***