В поисках утраченного Питтсбурга

Как прошла пресс-конференция Бориса Дубровского

Губернатор Челябинской области продолжил традицию ежеквартальных встреч с представителями масс-медиа. И начав общение с «не обязывающих ни к чему» слов, в итоге сделал много значимых заявлений.

Андрей Ткаченко

Пресс-конференция с главой региона — событие для региональных СМИ, с одной стороны, ключевое, но с другой — в чем-то даже ставшее обыденным. Борис Дубровский, давший в прошлом году обещание встречаться с журналистами раз в квартал, свое слово держит.

Впервые местом для встречи была выбрана не губернаторско-правительственная резиденция на Цвиллинга,27, а одно из зданий офисного комплекса Greenplex. Здесь, на втором этаже расположилась «Территория бизнеса» — проект Минэкономразвития области, призванный обеспечить «одним окном» в виде всех существующих организаций и институтов поддержки малый и средний бизнес. Пока что этот проект на деле представляет из себя помещение, свежеотремонтированное в современном «русско-офисном» стиле: минимализм в отделке, стеклянно-пластиковые перегородки, ковролин под ногами, кондиционеры и подвесной потолок. И конференц-зал с фирменный фоном-«задником», приспособленный под встречу с журналистами.

Вне сомнений, выбор места был сделан неспроста — именно этот офис планировалось показать главе АСИ (Агентства стратегических инициатив) Светлане Чупшевой, которая в этот же день приехала в Челябинск. Как известно, один из проектов АСИ — рейтинг инвестиционной привлекательности регионов — считается весьма знаковым для оценки деятельности региональных властей «наверху». И тут дела у Челябинской области не то, чтобы слишком удачны — планировали войти в топ-20 в стране, но не получилось — пока регион 22-й. Собственно, «Территория бизнеса» — ответ на неудачу и показатель работы над собой, который и требовалось продемонстрировать главе АСИ.

И как-то даже поначалу позабылось, что двумя этажами выше в этом же здании квартирует челябинское представительство Русской медной компании...

Надо отметить, что с каждым новым общением губернатора с прессой Борис Дубровский, в целом и общем оставаясь собой, все же чуть меняется. Видимо, и сам глава региона как-то анализирует итоги прошедших пресс-конференций, и его пресс-служба работает с «подшефным» начальником.

Войдя в конференц-зал, Борис Дубровский поприветствовал журналистов и поинтересовался их настроением. «Могу же я сказать что-то не обязывающее?» — улыбаясь, задал он риторический вопрос, видимо, понимая, что «всё, что будет им произнесено» в ближайшие два часа «может быть использовано»... или понято, или воспринято, в любую сторону. В том числе — против самого Дубровского.

Подробно описывать вопросы и ответы нет смысла — расшифровка пресс-конференции есть на сайте главы региона, а видео — в соцсетях. Как всегда в таких случаях, важно не только что было сказано, но и как было сказано.

Прямой эфир губернатор начал с, по сути, рекламы «Территории бизнеса». Рекламы подробной, детальной, смысловой. И, в принципе, нужной. Нужной этому месту. Нужной малому и среднему бизнесу. И уже второй вопрос, насколько уместной в прямом утреннем эфире.

На этот раз Дубровский заметно сократил свое вступительное слово. В прошлый раз оно заняло около 40 (!) минут и изрядно утомило и самого губернатора, и журналистов. Сейчас все было проще, лаконичней, четче, но — не упуская главного.  А главное для Дубровского — экономика. И здесь он, почти всю сознательную жизнь проработавший на производстве и в бизнесе, себе не изменил. С одной стороны, это его действительно увлекает, с другой — видимо, неплохо получается. Во всяком случае, если смотреть текущие цифры за первые семь месяцев 2017 года. Здесь и рост ВРП вместе с объемами промышленного производства (+4,5% по сравнению с прошлым годом), и успехи отдельных отраслей. Впрочем, до бравирования далеко — глава региона очень точно оговорился, что эти результаты — не рост, а восстановление. И дальше — про необходимость искать новые рынки сбыта для предприятий агропрома, про итоги внешнеэкономической деятельности, про то, что успехи в экономике привели к росту налоговых платежей. Что, в свою очередь, позволило области, в частности, досрочно погасить все долги по коммерческим кредитам и сэкономить таким образом на процентах несколько сотен миллионов рублей...

Глядя на губернатора в этот момент, понимаешь, что он действительно «в своей тарелке», что он этим живет и что он видит наглядные (во всяком случае, для него лично) результаты своей работы. А что может быть важнее для человека?

Было также заметно, что Борис Дубровский изменил и стиль общения, и даже мимику с жестикуляцией. Сохранив собственное чувство юмора (пусть и довольно своеобразное местами), он перестал «растекаться мыслью по древу» — и расплывчатые формулировки, переходившие ранее в пространные умозаключения (с возведенными к потолку глазами) превратились в достаточно краткие, но емкие фразы, и взгляд был в аудиторию, а не поверх нее. Ответы также стали короче, а значит, журналисты смогли задать больше вопросов. То, что надо, для прямого эфира — особенно. 

Привычно для себя Дубровский не уходил от прямых вопросов и жестких тем (а журналистами, пожалуй, были затронуты почти все «болевые точки» — «переезд» «Макфы» на Кипр, Томинский ГОК, подготовка к саммиту ШОС, проблемы дольщиков, наведение порядка в общественном транспорте Челябинска и так далее). И из его ответов было понятно, что, во-первых, предпочитает четкость и ясность (даже если понимает, что его точка зрения может, мягко говоря, не всем понравиться), а во-вторых — не добивает лежачего. 

Это стало ясно сразу, после первого же вопроса — про «переезд» «Макфы». Выразив всяческий, как говорят молодые, «респект» компании и подчеркнув, что власти будут продолжать ее поддерживать и работать с ней, Дубровский в то же время не стал переходить на личность своего предшественника на губернаторском посту,  основателя «Макфы» Михаила Юревича, который сейчас находится в Лондоне и является обвиняемым по двум уголовным делам.

«Про „второе дно“ вашего вопроса я и говорить даже не хочу. Это бессмысленно и не конструктивно», — сказал как отрезал Дубровский. И это было показательно.

Что же касается Томинского ГОКа...

Глава региона не мог не понимать, что часть фразы, звучащая как «поддерживаю проект» (пусть и сопровожденная словами про необходимость соблюдения условий изменения проекта, безусловной необходимости соблюдения законодательства и сожалениями о том, что Русская медная компания «не смогла найти общий язык» с населением), не сможет не вызвать вполне понятных эмоций у значительного числа челябинцев (и у автора этих строк тоже). Однако он тут же подчеркнул, что лично для себя эмоции он выделил в этом вопросе за скобки. Что же, имеет право.

И, скажем, лидеры движения «СтопГОК» должны в таком повороте событий винить прежде всего самих себя. А что вы хотите от руководителя, который, пытаясь разобраться в природе протеста людей, всячески оттягивал строительство, настоял на проведении масштабного социологического исследования и экологического аудита, который привел к изменению первоначального проекта, который еще не пойми когда бы построили, а взамен получил на митингах крики «в отставку»?! Но дело совсем не в личной обиде. Просто «СтопГОК» и его лидеры оказались еще менее разговороспособны, нежели даже РМК, поведение которой также, мягко говоря, нельзя назвать идеальным.

Кстати, на месте руководства РМК я бы не спешил открывать шампанское и начинать «раскопки» — Дубровский не раз показывал, что он достаточно последователен и в заявлениях, и в поступках, и точно внимательно проследит за тем, чтобы договоренности были соблюдены полностью. 

Вне сомнений, были и другие спорные моменты. Один из них — невольная попытка аналогии Челябинска, Магнитогорска и других городов региона с американским Питтсбургом.

Впрочем, тут надо бы объяснить, что к чему. История американского Питтсбурга, некогда сталелитейной столицы США, с трудом пережившей крах местной металлургии, но за 20 лет сумевшей переродиться и ставшей одним из самых «зеленых» городов мира, стала хрестоматийным (скажем, наряду с британским Бирмингемом) примером превращения промышленного города в совершенно новый качественный мегаполис. И логика вопроса журналиста про возможность превращения (со временем) Челябинска и Магнитогорска в «наш Питтсбург» была понятна. Особенно учитывая смог, окутавший с утречка Челябинск.

С одной стороны, Дубровский четко дал понять, что ни столице области, ни Магнитогорску нельзя ожидать подобного превращения. Прежде всего потому, что там город начал меняться из-за смерти металлургических предприятий, чего у нас (к счастью или к сожалению — кому как) пока не предвидится. И эта логика также понятна, даже без учета того, что сам Борис Александрович — плоть от плоти металлург.

С другой стороны, полушутливые слова про Верхний Уфалей, где «самое то — Питтсбург делать» — мягко говоря, не самые удачные. В отличие от попыток властей области хоть как-то решить проблемы, связанные с закрытием «Уфалейникеля».

Неудачно и высказывание про «превратить область в Карабаш». Понятно, о чем хотел сказать Дубровский, учитывая те позитивные изменения, которые, по его словам, происходят в городе в последние годы. Но не поймут, ох, не поймут... И, наверное, правильно. И потому, что людские страхи и стереотипы — штука живучая. И потому, что открытость, прямота и готовность к диалогу — это замечательно и необходимо любому политику. Но вот в деталях общения и с журналистами, и с населением (через прямой эфир) главе региона, несмотря на очевидный прогресс в навыках, еще очень есть куда развиваться...

Подписывайтесь на нас в соцсетях и будьте в курсе самых интересных событий Челябинска и области

Комментарии 3

Сплошная болтология и отмазка!

Проект ТГОКа устаревший морально. Он не предусматривает эффективное использование ценного полиметаллического сырья, лишь 1,8 % его извлекается в концентрат, ни экологической безопасности. Реализация его преступна. Проект ТГОКа и предложение о переносе хвостохранилища содержит ряд решений, противоречащих Указу Президента РФ от 31.12.2015 г №683 «О стратегии национальной безопасности РФ» (статьи 30, 49, 83, 84, 85, 86) по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, включая защиту источников питьевого водоснабжения и бесперебойность обеспечения населения чистой водой. Проектная документация Томинского ГОКа противоречит законодательству РФ. Ни один ГОК в мире не строился такой огромной производительности, так близко от миллионного города и его питьевого источника. Ни один ГОК в мире не работал без аварий. Экономический и социальный ущерб от катастрофических последствий работы ГОКа многократно превысит выгоду от его деятельности и отрицательно скажется на всех сторонах жизни региона. С уважением Александр Кожейкин, инженер-металлург, журналист, Член Союза российских писателей.

Человек хороший но не орёл...