Виктор Ереклинцев:

«Центр города — это территория пешеходов»

Глава Центрального района Челябинска — о том, почему налог на землю собирается с перевыполнением плана, когда жуткие ямы и заброшенные площадки в сердце Челябинска превратятся в застроенные ухоженные территории и о том, какие изменения в 44-ФЗ позволили бы решить ключевые проблемы благоустройства.

Андрей Ткаченко

— Виктор Александрович, что из себя сегодня представляет Центральный район Челябинска по площади и количеству населения?

— 64,7 квадратных километров, населения в этом году перевалило за 100 тысяч. При этом мы остаемся самым малонаселенным районом Челябинска, кстати. Прирост жителей был, в основном, конечно, за счет новых микрорайонов: Тополинка, Парковый-2. Немалую часть территории Центрального района занимает Челябинский городской бор — 1200 га, а 30 квадратных километров — Шершневское водохранилище.

— Центральный район развивается, скажем так, весьма своебразно: в сторону северо-запада, захватывая территории, которые отродясь не считались центром...

— Да, и при этом граница района проходит по акватории Шершней — это вообще уникальный случай для российского города-миллионника.

— С точки зрения организации работы жизненно необходимых служб в районе: тех же подпунктов «скорой помощи», пунктов полиции, отделов социального обеспечения — насколько удобна такая географическая протяженность? Что-то подсказывает, что не очень.

— Проблемы, безусловно, есть, с точки зрения организации и затрат. Благоустройство, например. В Сосновку, за пару десятков километров, например, тащить уборочную технику — достаточно дорого. Пытаемся найти какие-то варианты, например, на летнее и зимнее содержание заключать отдельные договоры. С точки зрения общественной безопасности тоже есть вопросы, но их тоже решаем: пытаемся в отдаленных районах организовать опорные пункты участковых полицейских. В этом году сделали в Сосновке, нашли помещение в Шершнях, открыли в Парковом-2, где были серьезные проблемы с этим (данный жилой микрорайон в течение года неоднократно попадал в сводки криминальной хроники — прим. редакции). С точки зрения здравоохранения нюансы сложные тоже есть: та же Тополинка присоединена к первой горбольнице, и людям приходится ездить далеко, с пересадками. Но при этом обеспеченность на единицу населения врачебной помощью в Центральном районе — стопроцентная. Дело в том, что на территории района расположено самое большое количество лечебных учреждений в городе: 22. Из них половина — федерального и регионального значения. Вопрос только в комфорте и времени, которое требуется, чтобы попасть на прием. Сейчас проблема с детьми будет решена: на Тополинке открывается в скором времени детская поликлиника.

— Что из себя представляет Центральный район Челябинска как экономическая единица? Отвечает ли его положение расхожему стереотипу, что все деньги в городе тянутся в центр?

— Мы — деловой центр, да, промышленных крупных предприятий в нашем районе нет. Вообще, крупных порядка 10 — понятно, что это «Макфа», «Союзпищепром», «Метран» и др. У нас много финансовых организаций, хорошо развит малый и средний бизнес: порядка 6 тысяч субъектов зарегистрировано на территории района. Если говорить по бюджету: плановые показатели по 2017-му году у нас 124 млн рублей, из них 30 млн рублей — собственные доходы, которые складываются из трех процентов налогов, которые нам «выдали» законодатели: налог на имущество, землю и патент.

— Как собирается налог на землю? Администрация Челябинска давно обеспокоена сокращением доходов в бюджет из-за переоспаривания кадастровой стоимости участков...

— У нас перевыполнение. По всей видимости, кадастровая оценка земли именно в Центральном районе Челябинска не претерпела больших изменений. В принципе, она и так была высокой — центр, цена аренды всегда была сравнительно серьезной относительно других районов. Вообще, по объемам поступлений на первом месте стоит патент, на втором — на землю, и вот скоро пойдет налог на имущество, как раз сейчас население начинает получать уведомления и квитанции. Думаю, к концу года мы выйдем на перевыполнение плана. В том году так и получилось: от плановых показателей мы плюсом собрали собственных налогов на 7 млн рублей больше.

— Исходя из того, что вы говорите, бизнес не особо оспаривает кадастровую стоимость земли в центре, а аренда высокая. Табличек о продаже и аренде пустующих помещений в центре немало, даже в очень неплохом стрит-ритейле на Кировке, не говоря уж об офисных зданиях. Это ведь взаимосвязанные явления?

— Ну, это вполне прозрачное явление. В так называемые жирные годы бизнес мог позволить себе снимать лучшие помещения на той же Кировке, но если сократилась покупательская способность, то рано или поздно любой предприниматель задумается о рентабельности. И, возможно, примет решение переехать из Центрального района куда-то подальше, временно пожертвовав престижем. Пустуют сейчас в центре офисные помещения, помещения под небольшие магазины и общепит. В кризис именно в этих сегментах идет самая большая ротация, а кризис носит общероссийский характер, он на уровне всей страны. Меня-то как главу больше всего вся эта ситуация беспокоит с точки зрения благоустройства: там, откуда уходит арендатор, сразу возникает брошенная территория и все эти наполняющиеся урны, нестриженые газоны, обвалившиеся входные группы и прочие атрибуты разрухи. При этом хочу сказать доброе слово в адрес действующих организаций: в этом году 230 предприятий сделали красивое, стильное цветочное оформление своей территории.

— О благоустройстве и внешнем виде района: год назад губернатор Борис Дубровский сказал знаменитую фразу, моментально ушедшую в народ — «Это не свалка, а центр города!» Наше издание делало материал на эту тему, и мы тоже поразились огромному количеству пустырей и заброшенных участков в самом центре Челябинска. Что изменилось в ситуации за последнее время?

— Да, таких территорий в районе немало. Это, прежде всего, недострои, например, на Васенко, пересечении Красной и Труда. Это опять же вопрос экономической ситуации: собственники по каким-то, видимо, объективным причинам потеряли или деньги на дострой, или интерес к этим проектам. Второй момент: исторический центр Челябинска, Труда — Коммуны — Цвиллинга — там, где пустыри превратились в автостоянки. Сейчас Комитет по управлению имуществом и земельным отношениям проводит аналитику ситуации, могу сказать, что идет реальная серьезная работа. Мотивы арендаторов достаточно разные: кто-то ждет интересного предложения по участку, кто-то, видимо, переживает кризис. Вопрос, конечно, серьезный. Его нужно решать, потому что «скелеты» зданий и котлованы — та же яма на Свободы — Ленина — мягко говоря, не красят центр Челябинска. Я не могу спрогнозировать, когда все это произойдет, но несколько пустырей начнут осваиваться уже в этом году: на улице Труда в районе  ЦНТИ напротив дворца спорта «Юность», на улице Труда ближе к Российской есть уже планы на застройку. Но, опять-таки, это планы. Но я точно знаю, что есть несколько серьезных застройщиков, которые могут выполнить эти обязательства.

— Вы их назовете?

— Пока не буду, потому что, повторюсь, это еще только планы.

— В рамках подготовки саммитов ШОС и БРИКС Центральный район Челябинска, судя по заявлениям властей, должен серьезно преобразиться. Особенно набережная...

— Ну, касательно набережной тут не только город, а прежде всего федеральный центр финансирует. Если говорить на районном уровне, то мы в рамках поручений губернатора начали предлагать свое видение по благоустройству. Возможно, это точечные вещи, но в текущей экономической ситуации это достаточно нормальный путь. Например, преображается проспект Ленина в районе площади Революции — замена дорожных ограждений на чугунное литье сильно изменила ее вид. За счет экономии районных средств мы в этом году будем делать реконструкцию площади Павших революционеров, уже объявлены аукционы. Там проблема серьезная: огромная развязка, огромный трафик на стыке двух районов. Поэтому мы не рассматриваем ее как рекреационную зону, а вот в качестве зеленой буферной — почему бы и нет. Ну, и есть желание установить там памятник. Как-никак столетие революции, причем в этом нет никакой политики — исключительно историческая память. Ко Дню города, который уже совсем скоро, планируем закончить реконструкцию.

— На днях, а вернее, буквально за одну ночь в центре Челябинска произошло громкое событие: внезапно убрали все ларьки с шаурмой. Вы лично приложили к этому усилия?

— Ну, я вхожу в состав рабочей группы, конечно. Но тут надо отдать должное решениям более высокого уровня. Здесь в чистом виде политическая воля главы Челябинска, который сказал: «Ну, ребята, хватит уже баловаться, манерничать, уведомления все получили заранее». Законодательный алгоритм действует четко и уже не позволяет предпринимателям после вывоза на следующий день привезти и установить такой же павильон. Так что это первая ласточка дает понять: надо играть по правилам.

— Есть еще в данный момент какие-то нестационарные объекты в Центральном районе, которые требуют аналогичной срочной ликвидации?

— Они то и дело стихийно возникают, например, на пересечении Воровского и Варненской, рядом с медакадемией. Там сейчас хаотичная лоточная торговля. Рейды были, конечно, но штрафы небольшие, поэтому предприниматели предпочитают заплатить тысячу-полторы рублей и через пару дней опять выйти торговать. Периодически появляются на Тополинке, на Третьего интернационала, Труда. Их, конечно, ликвидируют, а они снова появляются. Но, исходя из той нормативной базы, которая принята сейчас, лазеек для такого хулиганства уже будет значительно меньше.

— С вашей точки зрения, какие самые проблемные очаги по благоустройству в районе?

— Они точечные и так называемые ничейные. Вроде как и должны относиться к дворовой территории, а по кадастру не там стоят. 70 процентов жилого фонда в районе обслуживает «Ремжилзаказчик», с точки зрения сезонного содержания, уборки мусора тут нареканий больших нет, хотя, конечно, и человеческий фактор порой срабатывает. Но, безусловно, есть «медвежьи углы», где у нас появляются свалки, нескошенная трава, но тут нужно исходить из объективных причин. Например, зашел подрядчик на кошение, опустился на 70 процентов (сбросил изначальную цену контракта — прим. редакции), соответственно, планы не выполняет совсем. Мы за месяц ему выписали два штрафа, каждый по 80 тысяч. И это все, что можно сделать, потому что с легкостью и быстро его поменять не позволяет система контроля, которую определяет 44 федеральный закон. Многие нерадивые предприниматели этим пользуются вовсю и с радостью. Чтобы вывести исполнителя на расторжение, мне нужно накопить большую папку претензий, выписать штраф и только после этого принудить либо к обоюдному расторжению, либо идти в суд. Но пока я иду в суд, я не имею права объявить аукцион на те же виды работ. И пока я снова начну отыгрываться, пройдет время. А трава — она не ждет, она все это время растет.

— В прошлом году из 66 млн рублей закупок администрации Центрального района 40 млн ушли как раз на благоустройство. Было четыре подрядчика, которым достался основной объем заказов...

— Я вам могу уже и по этому году сказать: на 70 млн рублей закупок по части благоустройства, 60 процентов от общего объема. Увеличилась сумма, вот, наконец, Тропу здоровья в парке Гагарина порядок приведем. По подрядчикам мы никак не можем прогнозировать ситуацию, в том году у меня за лето поменялись два по обработке скверов. С одним расторгли контракт, потому что почти ничего не было сделано, потом заключили новый. Вроде сначала все было нормально, но потом — увы, с «ГДСК-Урал» мы сейчас судимся в арбитраже по поводу невыполнения работ по зимнему содержанию. Проверить же все легко, мы ежедневно выдаем техническое задание, вечером составляем акты, делаем фотосъемку. Так что доказать невыполнение работ очень просто. В год проходит два-три суда, как правило, мы их выигрываем.

— А может возникнуть более серьезная конкуренция на этом рынке? Я имею ввиду конкуренцию среди серьезных, эффективных игроков, разумеется.

— А такие игроки, к сожалению, не заходят, потому что, извините, когда с 15 млн рублей цена на цветочном аукционе опускается на 6,7 млн, то серьезный предприниматель, который круглогодично содержит теплицы, транспорт и специалистов, не заинтересуется этим видом работ. Вот эта конкуренция с постоянным снижением цены — отнюдь не благо, потому что может попросту не остаться компаний, способных эффективно выполнять работы.

— Вы пытаетесь изменить ситуацию с позиции главы района?

— И тут опять 44-ФЗ. К самому закону вопросов нет абсолютно, он продуманный, но существуют две вещи, которые необходимо дать на уровень муниципальных районов. Во-первых, инструмент достаточно оперативного реагирования на недобросовестного подрядчика, когда уже в течение недели можно понять, что он работает, мягко говоря, так себе, спокойно сказать ему «до свидания» и найти нового. А пока я вынужден в течение месяца доказывать свои претензии. Второй инструмент: возможно, все же какие-то критерии профессионального уровня стоит ввести для оценки потенциальных подрядчиков. Потому что 44-ФЗ определяет единственный критерий — это цена. Мы как-то столкнулись с тем, что аукцион по обслуживанию урн выиграл товарищ, который потом эти урны, соответственно, опорожнял, а мусор складывал рядом. Он даже не понимал, какому такому уполномоченному органу обязан сдать мусор, думал, это администрация... Вещи, конечно, на первый взгляд, смешные, но только не для жителей района, которые этими урнами пользуются.

— Реформа местного самоуправления как помогает в вопросах благоустройства?

— Когда возникают спорные вопросы благоустройства, мы обращаемся к депутатам за решением. Учитывая, что пул депутатов в Центральном районе подобрался сильный — это я не хвалюсь, это констатация факта — это плюс. С точки зрения полномочий и финансирования — также неоспоримый плюс. Те финансы, которые мы стали получать после реформы МСУ — они просто беспрецедентные. Если в 2014 году мы получали порядка 12 млн рублей на содержание внутриквартальных территорий и 3,5 млн на асфальтирование, то на следующий год это уже было 25 млн, и мы сделали в один год порядка 180 объектов. За два года закрыли массу мелких, но существенных проблем и уже можем заниматься местами общего пользования. Запускаем проект внутриквартальных скверов, расположенных в шаговой доступности (показывает эскиз). Есть зоны, например, на Российской,71, вот тут у нас остановка идет, тут — дома, а между ними скверик, тропинки тут есть. По согласованию с жителями сделаем тихую зеленую зону. И мы ее возьмем на обслуживание, и она уже не превратится в заброшенную.

— Ходить пешком в шаговой доступности от дома — безусловно, хорошо. Проект единого платного парковочного пространства в центре Челябинска, похоже, укрепит эту тенденцию на большей территории района.

— Да, это серьезный проект, но реализован он будет не ранее чем через год-два. Мера кажется непопулярной, но на самом деле масса предпринимателей и обывателей сами говорят: наконец-то можно будет заплатить и спокойно оставить машину, не трясясь, что ее вот-вот схватит и увезет эвакуатор. Вообще, центр города — это территория пешеходов, людской трафик благоприятно влияет и на движение денежных потоков. Это правило работает практически во всех крупных мегаполисах, и центр Челябинска тут не исключение.

Подписывайтесь на нас в соцсетях и будьте в курсе самых интересных событий Челябинска и области

Комментарии 0

Новости

Главное