Так страшен «нестационар», как его малюют?

В последнее время в соцсетях, да и с подачи некоторых депутатов Гордумы обострилась тема уличных павильонов. На том ли заостряют внимание?

Ural1.ru

Пока первые обрушиваются в фэйсбуке на концентрацию павильонов с эстетическим негодованием: «негоже возвращать облику миллионника уродство 90-х», вторые перед СМИ бравируют сносом нелегальных нестационаров (правда, пока, судя по новостям, сенсация заключается в сносе всего одного киоска). Уверен, что могут быть правы и те, и другие. Однако соображение имею.

Лично мне публичная борьба с уличным беспорядком запомнилась двумя моментами. И связана с двумя главами. Один — Челябинска, второй — его администрации. То бишь Станислав Мошаров и Сергей Давыдов. Первый со своей законодательной должностью видел наведение порядка в создании в городе правил благоустройства. И частично это возымело эффект: железные будки действительно начали превращаться в симпатичные павильоны (по крайней мере, на остановках общественного транспорта). Но потом что-то в городе перемкнуло, и, судя по количеству растущих железных коробок «шаурма», «быстрое питание», «напитки на разлив», либо что-то с этими законами не так, либо с их исполнителями.

Второй пошёл под прицелами телекамер наводить порядок на фоне антиалкогольной кампании, накрывшей Челябинск с 2011 года, и продолжавшейся пару лет. Продавцы и не скрывали, что с пива с сигаретами и складывалась основная выручка. Вначале Сергей Давыдов предложил увеличить «комендантский час» на продажу спиртного. Также была открыта горячая линия для челябинцев, желающих высказать свое мнение. Затем я, ещё будучи корреспондентом южноуральских «Вестей», отправлялся едва ли не каждую неделю в рейды. То с полицией, то с властями. И каждый раз результат был схожим. Алкоголь не продавался разве что в книжных магазинах. «Разливное пиво», «Напитки по низким ценам», «Пивкофф»: яркие вывески привлекали внимание как любителей пригубить, так и противников, потому что после алкоточки покупатели устремлялись в соседние дворы. А там и беленькая шла впридачу, и от «Вася, ты меня уважаешь?» на весь двор — до поножовщины. Ну, кому такое понравится?

Примерно такая же концентрация киосков сосредотачивалась у меня возле дома. Поэтому понятно, что автору строк не удалось избежать воплей во время совершенно бессрочных, настойчивых собраний, сходов и особенно гуляний. И когда во время одного из аппаратных совещаний экс-заместитель главы по экономике и финансам Олег Слиньков назвал ларьки «мини-эпицентрами зла» и предложил вообще запретить торговлю спиртным во всех киосках города, как-то даже приободрился. Тем более федеральное законодательство начало двигаться в эту сторону.

Летом 2012-го появился запрет на продажу всего, что крепче пяти градусов: в стационарных магазинах — после 11 вечера, а рядом с остановками ввели табу на любой алкоголь в принципе. И это в период, когда он льется из всех доступных кранов обильнее воды горячей. Уличные торговцы, правда, первое время исхитрялись обойти запрет акцией «Покупаешь сухарики — пиво в подарок», но им быстро сказали «ША!», и аттракцион невиданной щедрости сошёл на нет. А с января 2013-го, с окончательным запретом продажи алкоголя в киосках, начали сходить на нет и сами киоски, как бы их владельцы ни горланили об ущемлении прав малого бизнеса. Кто смог — переориентировался (или ушёл в подполье, но это отдельная тема).

А сейчас обшарпанные железки вновь на улицах. Только бОльших размеров (чтобы подходить под павильон), где в золотом для торговца сочетании «пиво-сигареты» последние заменили фаст-фудом. И вот волна негодования. Думаю, что глава города Евгений Тефтелев рано или поздно обязательно отреагирует и заговорит о том, что пора в этом плане Челябинск преображать в лучшую сторону. Но вот какой момент.

Пока все плюются в сторону киосков как таковых, не следует ли обратить внимание на их профиль работы? Какой из павильонов опаснее? Сделанный на скорую руку с надписью «Быстрое питание», или расписной, манящий яркими красками, оборудованный громкими динамиками (чтобы зазывалось лучше) — «Быстрые деньги»?

Коллеги периодически обвиняют меня в излишнем пессимизме, когда я занят новостной лентой на сайте «Челябинского обзора». Но как пройти мимо?

22 февраля: Челябинская область — в лидерах по России по количеству заёмщиков-банкротов. В регионе отмечено 15.9 тысяч человек с суммой долга более 500 тыс. руб., платежи по которым не вносились 90 и более дней.

19 января: Челябинцы всё чаще стали «влезать в долги». Рост кредитования на 9,8%.

21 декабря: Челябинская область — лидер на Урале по просрочке онлайн-кредитов. По сравнению с соседями, наш регион самый недисциплинированный. Вовремя не возвращается почти каждый пятый кредит.

Возле моего дома шесть таких павильонов. В некоторых местах — не под одному. Рядом с каждым, как правило, зазывает взять кредит ростовая кукла, либо зычный голос из динамика на полокруги, тут же яркие светодиоды: «Возьми! Только паспорт! Так просто!».

Мне могут возразить, что «взрослые же люди, своя голова на плечах, никто их не заставляет». Заставляет! Эти шакалы на всё пойдут, лишь бы вогнать население побольше в долги под 1000 и более процентов годовых. Даже православные календари распечатывают с рекламой «быстрых денег», лишь бы поглубже влезть в сознание.

Может ли Евгений Тефтелев повлиять на ситуацию? Мне кажется, даже если захочет, не в его это компетенции. Должно ли управление по торговле и услугам как-то ограничивать в городе число подобных объектов? Сомнительно, с точки зрения закона, думаю, всё соблюдено. После первого же отказа в выделении земли под павильон юристы этих стервятников заклюют оппонентов до смерти, невзирая на чины и должности.

Поэтому не на шаурму надо пальцем показывать, а на «быстрые деньги». Они загоняют население в долги, обнищание, банкротство. И тот, кто в этом плане может спасти Челябинск от скатывания в бездну — это не Евгений Тефтелев, а Станислав Мошаров.

В 2012-м году в городе заговорили о введении правил благоустройства. А в октябре 2016-го Станислав Иванович на всероссийском форуме «ЖКХ и городская среда — национальные приоритеты России» рассказал, что челябинские законы лягут в основу для создания федерального стандарта. Значит, можем заявить о себе на всю Россию, можем показать пример стране, как надо жить. Хотя бы законодательно.

Так давайте придумывать законы, чтобы эти точки из города исчезали, а те, кто открывал новые, неминуемо катился в ад! Давайте ограничивать ставку кредитов максимум 30-40 процентами годовых (но не 1000 же)! Давайте на месте «быстроденьги» делать «быстроработу», где ростовая кукла будет горланить: «Так просто»! Помаши лопатой! Разгреби снег! 1000 рублей за вечер!».

Дальше вопрос исполнения. Давайте не сносить показательно один киоск, чтобы на его месте появились пять. Те же самые борцы за справедливость показательно летом сносили автостоянки. Их меньше в городе стало, что ли? Не смешите. При этом бравируют успехами депутаты Гордумы, руководит которой всё тот же Станислав Мошаров.

Прошу понимать, я не принижаю нашего градоначальника, не встаю в оппозицию городской думе, да и к самому Станиславу Ивановичу отношусь с большим уважением. Но ведь посыл-то весь, как мне кажется, не выглядит утопией. И раз справиться с этой напастью не позволяют законы, давайте писать новые. Где не хватит авторитета, давайте обращаться к Борису Дубровскому, к Владимиру Мякушу. Руслан Гаттаров пусть в Москву слетает для продавления вопроса (перед этим подняв спинку кресла в самолёте) на федеральном уровне.

И тогда горожане станут работать на себя, а не на погашение быстрых кредитов. Тогда город приукрасится. И киоски с шаурмой исчезнут сами собой. Не потому, что их подавят экскаваторами, а потому, что станут попросту не нужны: челябинцы начнут тратить деньги на пиццерию, пельменную, кафе... если к тому времени на последнем из них, окружённом семью павильонами «легкоденьги» не появится вывеска «аренда».

Подписывайтесь на нас в соцсетях и будьте в курсе самых интересных событий Челябинска и области

Комментарии 0