Челябинск недоступный

Центр города враждебен для людей с ограниченными физическими возможностями

О доступности среды для тех, кто лишен возможности нормально передвигаться, говорят много и часто. Законов, правил и норм выработано — хоть отдельную библиотеку открывай. Но что же на деле? Корреспондент «Челябинского обзора» прошел в компании с инвалидом-колясочником, слабовидящим юношей и депутатом Заксобрания два квартала центральной улицы областного центра — проспекта Ленина.

«Еще вчера здесь был гололед! Здоровые люди поскальзывались, чего уж о нас говорить», — депутат Законодательного Собрания области Сергей Жестков, который после более чем 20 операций на обеих ногах вынужден для ходьбы пользоваться тростью, шел по проспекту Ленина от Subway-я, что недалеко от улицы Володарского, в сторону перекрестка с улицей Энгельса. Пешеходную зону с утра посыпали дресьвой, первый раз за долгое время. Дойти от парковки до заведений люди с ограниченными возможностям не могут: ледяные отвалы не позволяют уверенно шагать даже здоровому помощнику Жесткова. Войти в закусочную колясочнику невозможно: пандуса нет, а ступень высотой в четверть метра он самостоятельно не преодолеет.

«По закону, если ступень выше полутора сантиметров, должен быть пандус. И на входе нужна кнопка вызова сотрудника, который помог бы человеку с ограниченными возможностями попасть внутрь. Для слабовидящих здесь не хватает контрастных полос перед входом и желтого круга на двери», — рассказывает президент федерации спорта лиц с поражением опорно-двигательного аппарата, инвалид-колясочник Дмитрий Степанов.

Здания на проспекте Ленина строились еще в советское время, когда об удобствах для инвалидов практически не задумывались. Инфраструктуры для колясочников и слабовидящих практически нет и сегодня. Люди хотят жить здесь и сейчас, но не могут выйти из дома. Ждут, пока где-нибудь появятся пандус или контрастные линии.

Возможно, именно поэтому может сложиться впечатление, что инвалидов мало — мы их просто редко видим. Хотя на деле практически у каждого из нас есть знакомый или родственник с ограниченными возможностями.

Перестраивать здания исторической части города невозможно чисто технически, этим «прикрываются» владельцы заведений. Но ведь сделать кнопку вызова персонала — легко, быстро и абсолютно недорого. Куда там...

Входная группа типографии «Frinta» точно такая же, как у Subway: ни пандуса, ни кнопки, ни контрастных линий. А вот магазину обуви Ecco пока что «везет» — есть толстый слой льда, инвалид-колясочник сможет заехать. Но как только он растает, преодолеть ступеньку уже не получится.

«Доступность создана с помощью льда. Или дворник им „помог“ — не почистил», — шутит Дмитрий по пути в аптеку, что по адресу Ленина, 71. Заехать за лекарствами на коляске можно легко, никаких ступеней. Отнести это к заслугам аптеки можно с натяжкой. «Нулевой» вход — скорее, сложившийся исторически рельеф тротуара. К тому же, никаких прочих требований к доступности не выполнено.

Поесть пирогов в заведении «Штолле» самостоятельно инвалидам не удастся. Несколько высоких ступеней, пандуса нет и не было, никаких контрастных линий, кнопки вызова мы тоже не нашли.

Отделение Сбербанка для людей с ограниченными возможностями доступно, вот только кнопка вызова персонала отсутствует (что неудивительно — уже несколько лет штатного персонала там просто нет). Для доступа к деньгам в банкомате с 23 до 6 часов — кнопка есть.

Светофор на перекрестке Энгельса-Ленина оборудован звуковыми сигналами.

«Это, хорошо, что он пищит. Но удобнее, когда светофор „говорит“, сколько секунд осталось до конца зеленого света. В Москве и Сочи таких светофоров много, там вообще много для людей с ограниченными возможностями сделано. Челябинску еще расти и расти», — рассуждает слабовидящий Алексей Боровиков.

С дома номер 73 начинаются «подвальные» магазины.

На месте бывшей аптеки «Классика» — пока не открывшаяся аптека «Живика», с очень крутым съездом вниз (и еще непонятно, как потом разворачивать в дверь коляску). Плюс лавка подарков и продуктовый, где торгуют овощами, «молочкой», а также продукцией птицефабрики «Равис» и племзавода «Дубровский». Ни один из них для инвалидов не приспособлен.

На парковках неподалеку есть знак «стоянка для инвалидов», но пока эвакуатор не ездит, этого никто не замечает. И все-таки если инвалиду удалось припарковаться, это еще не весь «квест». Чтобы вылезти из машины, нужно открыть дверь максимально широко. А рядом впритык наставлены другие автомобили. Допустим, из машины выбраться удалось, но что дальше? Лед, высокие бордюры, «ограждающие» парковку от тротуара, и снова лед, уже на самом тротуаре.

В более развитых городах для незрячих выложена тактильная плитка, — небольшие выступы на тротуаре — чтобы они могли ориентироваться тростью.

«Самое удобное для слабовидящих — тактильные полосы. Это „накладки“ на тротуар, направляющие дорожки, которые позволяют нам ориентироваться, их чувствуешь не только тростью, но и ногами. А еще, в отличие от тактильной плитки, полосы не лопаются на морозе и не мешают колясочникам и девушкам на каблуках. Но в Челябинске я нигде не встречал ни плитки, ни полос», — объяснил Алексей.

В офис Бинбанка, в принципе, слабовидящий и колясочник смогут попасть, с правой стороны можно обойти и пройти вдоль стены. Но опять же —заслуги арендаторов и владельцев в этом нет. Низкий бортик и парапет, который можно считать направляющим для слабовидящих — вынужденная мера для здания бывшего кафе, стоящего на небольшом наклоне улицы.

В главном входе главного корпуса аграрного университета ЮУрГАУ для инвалидов ничего не предусмотрено. Лишь старые высокие гранитные ступени. Вот уж где инвалиду придется ради знаний граниту погрызть...

«В Челябинске есть условно-доступные вузы, где сделана хотя бы мизерная часть того, что должно быть сделано. К ним можно отнести ЮУрГУ и ЧелГУ. В челябинском университете частично доступен первый корпус. Есть пандусы, лифты, подъемники, желтые круги на дверях. А в южно-уральском — оборудован первый этаж главного корпуса и корпуса через дорогу от него. Говорят, подъемники сделали в пединституте, надо посмотреть сходить. Вообще, куда пойти учиться, инвалид выбирает по признаку доступности. Хочешь быть журналистом? А будешь физиком, например, потому что факультет журналистики на третьем этаже, а лифта нет, пандусов нет. Условный доступ к образованию, в общем», — рассказывает Дмитрий Степанов.

Сделать «Срочное фото на документы» на проспекте Ленина 77, купить квартиру в агентстве недвижимости «Сюзи» или одежду в детском бутике «Monnalisa» в том же доме инвалид-колясочник и слабовидящий не смогут. Как не смогут и поесть пиццы в заведении Lucky Smile — в кафе пандус вроде бы есть, но угол примерно в 50 градусов самостоятельно инвалиду не преодолеть.

Возле входа в гаджетомаркет «Level-up» нарисованы желтая, оранжевая и красная линии.

— Это для слабовидящих? — спрашиваю я у Алексея.

— А какие там цвета? Красный? Да для каких же это слабовидящих. Просто нарисовали, как украшение, наверное. Контрастные линии для инвалидов должны быть желтого цвета. Желтый — последний цвет, который видит человек. Но, наверное, если мы у них сейчас спросим, скажут, что для слабовидящих, — шутит собеседник.

Возле лестницы аптеки «Рифарм» есть кнопка вызова персонала для помощи инвалидам. На двери надпись: «У нас есть мобильный пандус». Кнопку нажимаем — тишина. Фотограф поднялся по лестнице, заглянул в аптеку. Его заметила фармацевт.

— А вы по какому вопросу? — сотрудница аптеки вышла на улицу.

— Проводим эксперимент, насколько доступна среда для инвалидов.

— Колясочника я вижу, а вы кто? Фотоаппарат уберите! Сейчас я принесу мобильный пандус!

— Это все Лена Летучая виновата. Напугала всех со своими проверками магазинов, кафе... А нам теперь за фотоаппарат объясняться, — улыбается Сергей Жестков.

Мобильный пандус — это две рейки, которые кладутся на ступени. Под тяжестью человека в коляске они прогибаются, к тому же большой угол наклона. Проехать можно, но с крепким помощником. Судя по чистоте мобильного пандуса в «Рифарм», пользуются им нечасто. Дмитрий Степанов отметил, что с технической точки зрения этот пандус выполнен неправильно: на метр высоты длина пандуса должна быть 20 метров. Не более. Таковы правила.

В Челябинске и в других не самых «продвинутых» городах силовую помощь инвалидам оказывают грузчики в рабочей одежде и с характерной манерой разговора. Не так давно паралимпиец Замир Шкахов в Чебоксарах устроил скандал в аэропорту, не доверил себя грузчикам со словами «Я не багаж». И был прав. У нас нет специально обученных людей, которые в аэропорту или в каком-нибудь торгово-развлекательном центре могли бы помочь человеку с ограниченными возможностями. А в аптеке «Рифарм» вообще не оказалось представителя сильного пола. Женщине же закатить коляску с человеком по крутому пандусу практически нереально. Ну, если она не занимается силовым экстримом.

Пешеходный переход через проспект Ленина на перекрестке с улицей Энтузиастов звуковыми сигналами не оборудован. Да и бордюр на «островке» между встречными полосами слишком высокий.

В «Фабрику кофе», что на северной стороне проспекта, в доме 66-а, не зайти — одни ступеньки, без пандуса. И машины припаркованы так, что ледяная часть тротуара досталась именно пешеходам (кстати, а что вообще автомобили на тротуаре забыли?).

Стоит отметить, что посыпали песком только нечетную сторону проспекта. На четной стороне — настоящий ледяной экстрим длиной в несколько сотен метров. Зато легко можно зайти в «Дом книги». Ни ступеней, ни выступов, но и для слабовидящих ничего нет у входа.

Небольшой квадратик перед входом в банкетный зал «Аттимо» очищен ото льда. Но пандуса и контрастных линий нет. Если этот «квадрат» пройти, можно начать заниматься бобслеем.

Сначала — на «пандусе», который сделан рядом со ступеньками на тротуаре еще в советское время, то ли для инвалидов, то ли для мамочек с колясками, то ли для «красоты». Ледяная горка под углом в 45 градусов, с которой трое мужчин спускали Дмитрия — не единственная на этом участке пути. Если возле «Аттимо» она только наполовину во льду, то возле ресторана «Уральские пельмени» — целиком. На нее наступать страшно, не то, что человека спускать. Мы решили обойти по тропинке, тоже, впрочем, «ледяной».

У входа в интерьерный салон «Диво» есть небольшой пандус. И всё. У магазина дорогой посуды «Амфора» — только ступеньки, крутые и недоступные человеку в коляске.

У офиса Межтопэнерго банка вроде есть пандус, но въезд под таким углом... одному не справиться.

В «Уральские пельмени» инвалид не попадет. Во всяком случае, с главного входа. Оказалось, что наши спутники делали свое расследование и выяснили, что возможность полакомиться пельменями и прочими вкусностями все же имеется, но для этого надо заехать внутрь с другой стороны здания, через, видимо, служебный вход (!).

У 80-го отделения «Почты России» пандус есть.

У входа в бар «Harat’s» — тоже. А вот у рестобара «Alexander» на удивление оказались выполнены все нормы доступности: и пандус, и желтые круги на входе для слабовидящих. Одна беда — заведение давно закрыто. Самый эффектный пандус у мехового салона «Bison» — прямо на нем стоит большая красивая ваза.

«На проспекте Ленина инвалидам зайти некуда. Хорошо, что современные торгово-развлекательные комплексы оборудованы по нормам. Кстати, тот же „Мегаполис“ к ним не относится. Хотя на входе со стороны Свердловского проспекта есть лифт, но не все залы и этажи доступны для инвалидов. „Горки“, „Родник“, „Алмаз“, „Фиеста“ — да, там все сделано. Даже в мебельном центре „Маяк“ на Дарвина есть эскалатор, а недавно сделали лифт», — резюмирует Дмитрий.

По словам людей с ограниченными возможностями, спортивные объекты и объекты культуры в Челябинске в 90 процентах случаев недоступны. Даже спортивный комплекс «Надежда», в котором проходят тренировки и соревнования инвалидов, совершенно не оборудован соответствующим образом, и колясочников заносят внутрь на руках. С ДК ЖД общество инвалидов даже судилось, выиграли, но никаких изменений после этого не последовало. Был суд и с театром оперы и балета, после которого установили подъемник внутри здания. На входе в Музей изобразительных искусств есть кнопка вызова персонала. В Драмтеатре есть телефон, по которому можно обратиться за помощью: колясочнику помогут подняться, а слабовидящего — проводят в зал.

«Слабовидящим сегодня очень помогают навигаторы. Как пройти из точки А в точку Б, где повернуть направо, сколько осталось до конца пути... Очень жаль, что человечество все еще не придумало приложение для смартфона, которое сообщало бы слабовидящему о препятствиях на дороге: тут яма, тут ступенька, тут можно идти спокойно. Это, кстати, идея для старт-апа!», — засмеялся Алексей...

От редакции: наш небольшой рейд закончился тотальным фиаско. Из более чем полусотни магазинов, ресторанов, кафе, банков, аптек, офисных помещений полностью доступным для инвалидов оказался лишь один (!) вход — в офис Сбербанка. Что до остальных — попасть к ним люди, чьи возможности ограничены природой, болезнью или случившейся с ними бедой, не смогут. Картину дополняют нечищенные от снега и льда месяцами тротуары, где здоровому человеку-то непросто остаться целым и невредимым.

И ведь это всего лишь 700 метров почти восьмикилометрового проспекта, главной улицы миллионного города 21-го века. Города, претендующего на проведение международных мероприятий. Обязательным условием принятия которых, кстати, является именно доступность среды для инвалидов. Не иметь этого в нормальном мире — дурной тон.

Почему так? Наверное, целый комплекс причин.

Совершенно точно можно ругать власти. Городское хозяйство — это их зона ответственности. Как и соблюдение норм и правил. В плане доступности среды для инвалидов все нормы и правила прописаны до мелочей. Более того, власти Челябинска не раз хвалились тем, что именно в нашем городе впервые в стране приняты в качестве нормативно-правового акта правила благоустройства. Есть и контролирующе-надзирающие органы. Те же административные комиссии в районах, инспекции всякие Роспотребнадзоровские. Так в чем же дело-то? Тут штрафов можно насобирать за день — на половину годового бюджета хватит! А если не действуют админкомиссии — зачем тогда они в таком виде? Кстати, председатель Городской думы Станислав Мошаров живет как раз в том районе, рядом с перекрестком Ленина и Володарского. Любопытно, как часто он ходит там пешочком?

С другой стороны... Власти властями, а доступность среды для инвалидов — показатель зрелости не только государства, но и общества. И здесь вопросы уже к людям, к предпринимателям, к их элементарной культуре.

Затраты-то на доступность среды на деле — копеечные. Небольшой и некрутой пандус с перилами — несколько тысяч рублей да пара дней работы. А кое-где и вовсе надо лишь сделать вход не с сантиметровым бордюром, а заподлицо — копейки. Наклеить желтые круги — копейки. Сделать кнопку вызова — копейки. Почистить ото льда не только метр возле входа, но и до конца тротуара — копейки (к тому же как иначе к вам покупатели доберутся?). Сложнее тем, кто в подвалах или на «высоком» первом этаже. Но ведь и проспект Ленина — не какая-нибудь 2-я Павелецкая: трафик большой, выручка, по идее — тоже. Так что мешает? Лень? Мелочная алчность? Нежелание (или неумение) видеть в инвалидах не только людей с ограниченными возможностями, но и субъект экономики? (а зря, это ведь тоже потребители).

В Челябинске принято сетовать на некомфортность, плохую экологию, грязь и беспорядок на улицах. Но разве только власти в этом виноваты? Может, просто давно Экзюпери не читали? Или забыли, что не зарекаться надо бы не только от сумы и от тюрьмы — каждый год инвалидами только в Челябинске только в результате ДТП становятся десятки людей...

Подписывайтесь на нас в соцсетях и будьте в курсе самых интересных событий Челябинска и области

Комментарии 2

Копейка рубль бережет (выражение старого предпринимателя).

Мы недавно сняли ролик о переходе с остановки КБС до ТРК Алмаз это была жесть....инвалид-колясочник аытался перейти дорогу...ссылка https://vk.com/wall350046566_310